Прокурор разгадывал кроссворды. Потом встал и стал читать свою кипу бумаг. И сразу превратился в палача. Игорю Березюку он потребовал дать ВОСЕМЬ ЛЕТ лишения свободы за то, что тот был до полусмерти избит дикими омоновцами на Манежной. То, что единственный гражданский свидетель обвинения несовершеннолетний И. Кубряков в судебном заседании отказался от показаний против Березюка, сообщив что он таких показаний вообще не давал, но подписал их под давлением следователей, прокурор полностью игнорировал и предложил игнорировать суду. Руслану Хубаеву прокурор потребовал дать ШЕСТЬ лет лишения свободы, так как тот, по мнению прокурора был слишком активен на Манежной. Хубаеву инкриминируют якобы совершенное им бросание одной секции ограждения в якобы сотрудников милиции. НЕ существует ни единого связного видео-кадра позволяющего подтвердить это обвинение. Кирилла Унчука прокурор потребовал приговорить к пяти годам лишения свободы. Ему инкриминируется: удар ногой по елочному шару, якобы отлетевшему в сторону милиции и нигде не зафиксированное бросание секции заграждения в милицию. А также то, что он поднял избитого Березюка и увел его в толпу. Приговор будет оглашен в тот же день, что и приговор кавказцам, убившим Егора Свиридова. Это показательный политический процесс. Это расправа. Что интересно, что признавшим свою вину, и просившим суд о снисхождении не членам “Другой России”, но просто футбольным фанатам, подсудимым Панину и Козевину прокурор все равно запросил: 4 года Панину и 4 с половиной года строгого режима Козевину.
Судьи вели себя развязно. Ковалевская продолжала улыбаться, и читать бумаги совместно с судьей слева от нее, в то время как подсудимые произносили последнее слово. Это не суд, это другое, это расправа.
