В Европе продолжаются акции в поддержку российской арт-группы Война. Плакаты Voina Wanted  - снимок Олега Воротникова за решеткой в петербургском суде - появились на Дворце правосудия в Брюсселе, на мосту Пон-Нёф в Париже, а в Праге их можно увидеть в вагонах и на станциях метро. 6 декабря Дзержинский суд Петербурга объявил жену Олега Воротникова Наталью Сокол в международный розыск. Наталья Сокол (псевдоним в арт-группе Коза) находится на 8 месяце беременности, ее сыну Касперу – два года. Несмотря на это, 7 декабря судья Бражникова постановила  заочно арестовать Наталью Сокол. Ее обвиняют в публичном оскорблении представителя власти, то есть омоновцев во время несанкционированной демонстрации в Петербурге 31 марта.
Наталья Сокол ответила на вопросы РС.

Козлёнок отвечает на вопросы Мити Волчека для Радио Свободы:


- Что происходит вокруг Войны? Дела то закрывают, то открывают –
это следственный хаос или за этим кроется какой-то план?

- Следственный комитет, прокуратура и суд действуют заодно. Их цель — расправа над активистами Войны. Они это не скрывают. Только что судья Бражникова, пожилая женщина постпродуктивного возраста, осудила меня, молодую женщину с ребенком на руках и вторым ребенком в животе на заключение в тюрьме. В ноябре прокуратура реанимировала окончательно разложившееся дело о Дворцовом Перевороте. Дело давно мертво, доказательств нет, но прокуратуре нужны наши головы. Следственный комитет, позоря страну, объявляет меня в международный розыск, вслед за Олегом. Теперь только наш двухлетний сын Каспер остается пока не в розыске. Так что план у власти есть, и это план на наше физическое уничтожение, которому власть надеется придать формы следственных действий и судебных решений. Конечно, власть проиграет. Проиграет во всем. Но вот пока она бесится в истерике и еще не умерла.

- В чем обвиняют лично вас?

- Меня обвиняют в том, что очень скоро будут делать в России все и каждый. Моя вина — в оскорблении представителей власти в нападении на них, в применении к ним насилия. Речь идет о 31 марта этого года, когда менты на Невском избили нас, а потом арестовали, разлучив с ребенком. Каспера у нас отняли, по сути выкрали и втихаря сдали в больницу как неопознанного ребенка. В чем именно заключается оскорбление и как именно я насиловала ментов следствию пока не ясно. Следователи в суде молчат. Ни мне, ни адвокату Диме Динзе суд до сих пор не разрешил ознакомиться с материалами дела. Видимо, материалы об обоссывании ментов — дело государственной важности и тайны. Другого объяснения скрывать его от нас нет.
Одновременно с этим Следственный комитет России пытается доказать обратное - что это мы избили ОМОН. Ну и прекрасно. Во всяком случае я буду счастлива, когда такое действительно случится. Когда мы выйдем и унизим и изнасилуем ОМОН. Это будет хороший час в русской истории. Судя по вчерашнему решению суда арестовать меня, следователи, прокуроры и судьи тоже это хорошо понимают. Но я бы советовала им не тусоваться в центре Питера в здании Дзержинского суда, а побыстрей собирать чемоданы и ехать в Пулково, чтобы вылететь первым рейсом туда, где их еще готовы посадить, а не прибить на месте.

Видимо, отправной точной для следователей Следственного комитета России явилось мое интервью, которое я дала Радио Свободы, Мите Волчеку. В интервью я сказала, что обоссать ментов — это самое мягкое, что анархисты могли сделать в тот день 31 марта. Ну поскольку настоящего оружия у нас с собой не было. Пришлось пользоваться подручными средствами. Мы выбрали мочу. Разлили ее по бутылкам и канистрам. И вышли на Невский, который был перекрыт ОМОНОМ. Из интервью и следователи и сами мусара узнали, что же с ними в тот день в результате произошло. Я считаю, что это замечательно. Для этого и нужны СМИ.

- Почему вас объявили в международный розыск?

- Меня объявили в розыск вслед за Вором. Власть признает нас экстремистами. Лично я не возражаю, признавайте. Хотя я лично считаю себя арт-террористкой. Экстремизм — это для самых маленьких. Вот Каспер у нас — он экстремист. Его видео в поддержку политзаключенного Скифа Братка было удалено с ютьюба. Потому что он с ножом в руках требовал свободы для своего друга Скифа. Требовать свободы для друга это конечно же экстремизм. Но вот недавно Каспера Ненаглядного объявили сокуратором Берлинской Бьеннале. Он стал самым юным арт-куратором в истории искусства. Или просто — в истории. Это уже вовсю терроризмом попахивает. Теперь важно, чтобы самый юный куратор на свете не остался без родителей. Поскольку оба мы — и Вор и я — арестованы заочно. То есть то что я сейчас даю вам интервью — это только лишь недоработка русской полиции. Мы арестованы решением суда, на свободе мы условно.

- Что группа Война думает о думских выборах, голосовал ли кто-то из
 группы?

- Сложно голосовать без документов. 4 декабря было нарушено еще одно мое фундаментальное право — право избирать. Год назад, 15 ноября 2010 во время ареста Олега и Лени все мои документы вместе с пособием на Каспера были украдены Центром “Э”. Поэтому возможности голосовать у меня больше нет. А Лёня вышел 4 декабря на Гостиный Двор и голосовал ногами. Там его задержали, но следующей ночью он бежал из-под стражи. Его приключения описаны на сайте поддержки: http://free-voina.org/post/13775798666

- Cчитаете ли вы, что акции протеста после фальсификаций на выборах к чему-то приведут?

- Да. Они уже привели. Это видно невооруженным глазом. И дальше будет только больше.

- Поддерживаете ли вы Алексея Навального?

- Мы не можем поддерживать человека, пока кто-то из нас не познакомится с ним лично. Но власти сделали Навальному большой подарок, осудив его на 15 суток. Теперь у него появились приличные шансы стать лидером масс всего за полмесяца отсидки. А у властей из-за этого же есть все основания ожидать народных волнений и беспорядков.

Ответы Козы целиком: