20 февраля 2012

“Путин, убирайся вон!” было написано на плакатах митингующих, десятками тысяч вышедших в Москве в защиту демократических и честных парламентских выборов. Еще никогда столь ледяной встречный ветер не дул в лицо Путину. Тем ярче на этом фоне выступает группа активистов Война с произведениями, оставляющими огненный след в коллективном бессознательном и своей  радикальностью напоминающими об акциях немецкой Фракции Красной Армии. Тем самым художники-провокаторы еще с 2007 года пытаются поднять восстание.

Между тем Путин стремится перетянуть деятелей культуры на свою сторону. И небезуспешно. В списке его сторонников имя Анны Нетребко соседствует с именем Валерия Гергиева.

При весьма волнительных обстоятельствах корреспондентке ОРФ Кароле Шнайдер удалось встретиться с разыскиваемыми полицией, находящимися вне закона художниками из Войны.

Итак, репортаж о России, охваченной ожесточеннейшей предвыборной борьбой.

Ключевое слово: “сопротивление”. Особенно провокационно его реализуют акционисты группы Война. В своих ночных акциях они переворачивают или поджигают полицейские автомобили. Они объявили войну путинскому режиму и его символам власти. И непосредственно у стен Кремля один из активистов взбегает на оснащенную синим маячком крышу автомобиля, принадлежащего спецслужбам. У акциониста тоже есть свой синий маячок, на голове. В знак протеста против всемогущества коррумпированных омаяченных бонз. Акционизм в самом эффективном своем проявлении – и не признающий никаких границ.


Леонид Николаев:

“Это тема привилегий и деления русского общества на касты. Чиновники использовали эти мигалки для подчеркивания - и это было не просто подчеркивание, - это было реальное неравенство в правах.”

С ведущими участниками группы Война мы встречаемся поздним вечером в одном из московских кафе. Место встречи мы сами узнаем в самый последний момент. Все мобильные телефоны выключены – никто не должен суметь нас вычислить. Двое из активистов находятся в международном розыске: Олег Воротников за “хулиганство”, его жена Наталья Сокол – за насильственные действия в отношении сотрудников полиции.

Наталья Сокол:

“За свою безопасность ты отвечаешь сам. А когда работаешь в группе, то главное правило: никто не должен ошибаться. Потому что этим можно подвести всех остальных. Необходимо быть предельно осторожными, и все друг другу доверяют.”

Креативное сопротивление режиму сделало Войну известным на весь мир символом русского авангарда. Их самая знаменитая акция – 62-х метровый пенис, который активисты нарисовали на мосту в Петербурге непосредственно напротив главного здания всемогущего ФСБ. Публичная провокация как политическое заявление.

Олег Воротников:

“Был момент, когда мы поняли, что ничего не происходит, потому что нет нового политического языка. А тот, который есть, - это мертвый язык. Как древнегреческий, на нем никто уже не говорит в живую. И наша была задача - придумать этот язык и преподнести той форме, которая может ему людей научить. И здесь мы добились многого - потому что сейчас протест использует формы акционизма.”

Но за это участникам Войны приходится платить высокую цену. Их сажают в тюрьмы, штрафуют на крупные суммы, постоянно арестовывают. Власти чувствуют себя спровоцированными их радикальными акциями. Между тем нарушение закона – часть стратегии Войны.

Олег Воротников:

“В общем-то все изменения лежат через нарушения. Да, акция протеста должна нарушать. Потому что это ответ на нарушения в другой сфере. Это такое зеркало.”

Жизнь на грани дозволенного. У лидеров Войны нет ни постоянного адреса, ни документов. И они сознательно отказываются от денег, потому что те развращают. То, что им нужно для еды, они просто берут во время своих рейдов по супермаркетам. Радикальные концепции толкают акционистов все дальше. Быть может, в поисках все более мощного выброса адреналина. Тот, кто исповедует столь радикальный образ жизни, постоянно ищет новых вызовов.

Олег Воротников:

“Мы в акционизме каждый раз повышаем градус. Мы каждый раз делаем все более опасные вещи,  - и это конечно путь, который может привести в тупик. Потому что настанет момент, когда будет сложно сделать что-то еще более наглое.”

Но в любом случае анархистам группы Война еще далеко до завершения своего сопротивления, слишком уж крепко сидит путинский режим на своем насиженном месте. Поэтому от демонстрантов на российских улицах они требуют того же, чем живут сами: радикального протеста.

Наталья Сокол:

“Нужно ставить такие требования, которые, если власть не выполняет, - то всё: мы мирно собираться больше не будем. Либо вы отпускаете сейчас всех политзеков, либо мы идем сейчас на Кремль. Без любых других вариантов.”

Активисты Войны снова уходят в московскую ночь. Куда именно – мы не знаем. Но ясно одно: мы о них еще услышим. Перегнут ли они когда-нибудь палку?

Перевод Елены Микриной