На начало судебного заседания нас провожал вождь, приехавший поддержать “интеллигент-экстремистскую ОПГ”, за что ему огромное спасибо. Чувствуем себя уверенно: не в первый раз нацболов судят. Не впервые судят и не за какие-либо конкретные деяния, акции и т.д. - судят за одну только принадлежность к якобы экстремистской организации. Я абсолютно убеждён, что если пресловутая 282 статья УК РФ является “дубинкой” против всех инакомыслящих в России, независимо от их идеологических убеждений, то статья 282.2 “Организация деятельности экстремистской организации” писалась исключительно под членов НБП. География процессов по данной статье против моих товарищей довольно обширна - от Москвы и Казани до Владивостока, от Мурманска до Ростова-на-Дону. Исключительность питерского процесса в том, что впервые судят не отдельных лиц, а фактически всю организацию, “отделение”. По версии следствия есть организаторы, есть исполнители, есть преступный сговор, распределение ролей. Наш процесс - образец. Удастся им доказать нашу вину - возьмутся за фабрикацию дела в общероссийском масштабе. У российской власти к нацболам особый счёт.

Заседание началось с зачитывания обвинительного заключения. Вообще это такая 380-страничная книга, которой можно забивать гвозди, но сегодня прокурор использовал некую сокращённую версию наших подвигов. Далее стандартная процедура: понятна ли нам суть предъявленного обвинения, признаем ли мы себя виновными, и желаем ли давать показания, если да, то когда. Обвинение нам не понятно, обвинение мы считаем не конкретным и даже абсурдным, виновными себя не признаём, показания будем давать после исследования всех остальных материалов дела. На требование защиты конкретизировать и детализировать обвинение, государственный обвинитель Филимонова -типичная начинающая “селёдка”, коих множество водится в гос.учреждениях РФ, безжизненная и невзрачная, но уже обладающая той особой надменностью, отличающей представителей оккупационного режима - ответила в лучших традициях агрессивного чиновничьего стиля, зачинателями которого были путин и грызлов: “Обвиняемые слишком широко трактуют свои процессуальные права”.

Разумеется, ходатайство о возвращении материалов дела прокуратуре для доработки и конкретизации обвинения было сходу же отклонено судьёй Яковлевым. Судья - с виду нормальный мужик, средних лет, роста меньше среднего, усатый, больше похожий на заводского слесаря, чем на вальяжного вершителя судеб, каковыми мнят себя всем известный судья Кузнецов или безлицые совы в судейских мантиях, раздающие суточные аресты активистам оппозиции. Он сидит на своём возвышении, прикрыв глаза рукой, и будто гадает кроссворд. Лишь когда надо вытащить безнадёжно плавающего в своих показаниях свидетеля обвинения, он бросает взгляд в зал и осаживает назойливого адвоката или подсудимого. Или же, принимая пас у гос.обвинителя, скороговоркой из статей УПК отбивает любые ходатайства и возражения защиты.  

В ходе заседания начался допрос свидетелей обвинения. Первым был допрошен отец одного из подсудимых Вадима Мамедова, в квартире которого проходил один из обысков. Мамедов-старший был записан следствием в свидетели скорее для количества, никаких показаний против сына или против кого-либо из нас он не дал. Всегда интересно слушать, с каким неподдельным возмущением простые граждане, ранее не сталкивавшиеся с реалиями полицейского государства, рассказывают о поведении представителей закона на следственных действиях, таких как обыск. Закончил же он своё выступление, сожалея о том, что ранее не был знаком с такими достойными людьми как подсудимые. 

Далее допрашивались сотрудники Центра Э по СЗФО: Мельников, Грязнов и Соколов. Первые двое собственно и являются главными инициаторами возбуждения уголовного дела против нас. Именно они “курируют” деятельность “Другой России” в Санкт-Петербурге. Тем не менее ни один из них не смог указать ни одного конкретного эпизода осуществления кем-либо из подсудимых экстремистской деятельности или хотя бы участия в конкретных акциях. очень многого данные свидетели “не помнят” и вообще почерпнули свои сведения “из интернета”. Свидетель Грязнов отличился тем, что по его утверждению то обстоятельство, что собрания питерского отделения якобы-НБП проходили в помещении специально оборудованном для прослушки и приискивалось через специально внедренного агента, является “совпадением” и “случайностью”. А так же тем, что не знает, являются ли книги Эдуарда Лимонова “экстремистской литературой” из списка Минюста. Со свидетелем Мельниковым у меня вышел спор о том, может ли гражданин быть национал-большевиком, придерживаться идеологии национал-большевизма, не будучи членом НБП. На сторону растерявшегося свидетеля встал судья, посоветовавший мне “не разводить идеологии”. Вопрос так и остался не разрешённым. Оперативник и в суде остаётся оперативником: Мельников не мало позабавил зал, став по привычке записывать имена адвокатов, задающих ему вопросы, мол, “я взял вас на заметку”, и, так же по привычке отвечая вопросом на вопрос, чем смутил даже председательствующего. Последний свидетель, оперативник Соколов, фактически выступил на стороне защиты: символику запрещённой НБП никто из подсудимых не использовал, в каких конкретно акциях кто из них принимал участие указать не может.  Не приходится и говорить о том, что заявленные стороной защиты ходатайства об исключении показаний данных свидетелей как заинтересованных лиц - в конце концов именно их усилиями фабриковалось дело, они участвовали во многих следственных действиях и напрямую заинтересованы в обвинительном приговоре - суд отклонил. 

Следующее заседание состоится 15 мая, в 11 часов по адресу ул.Тобольская, 10. Продолжится допрос свидетелей обвинения. Вход свободный. 

Когда в начале заседания обвинитель тихим голосом монотонно бубнила своё “нбпнбпнбпнбпнбп”, у меня в голове играл Летов: 

Но миром правят собаки,
Тебя настигают собаки,
Тебя пожирают собаки,
И здесь останутся только собаки…  

Источник: http://anarh-oren.livejournal.com/67564.html

СМИ/Publications: