Сообщил бы Азар контакты Ёбнутого, если это могло бы привести к аресту самого Азара? И почему Азар прокладка мусарская. Ликбез от лидера Войны

Вор - международный преступник. Рисунки детей Танзании, декабрь 2010

Ходил Азар на допрос? Ходил.

Сообщал контакты Лени Ёбнутого? Сообщал.

Сообщение информации следователю является сотрудничеством со следствием? Да.

Имел ли Азар право сообщать свои источники? Не имел, закон о СМИ обязывает его не делать этого.

Сообщение следствию информации несмотря на то, что это является нарушением закона о СМИ и презрением к журналистской этике и к самому источнику, называется всего еще лишь сотрудничеством — или сделкой со следствием? Сделкой. Противозаконной.

Как называют приличные Люди того, кто сотрудничает и идет на сделку со следствием? Сукой. По-вашему, по-научному — стукачом.

Почему тогда Азар решил нарушить закон? Почему наплевал на этику журналиста?

Из священного трепета перед СК? Из альтруистической любви к распространению информации?

Приятели его пишут: по незнанию, по неопытности. Что-то в духе один раз не пидарас. Это не аргумент. Азар — профессиональный журналист и обязан знать и чтить закон о СМИ. Его неопытность расклада не меняет.

Мы требуем, чтобы Путька ушел сам. Убеждены, что Ткачев должен быть отправлен в отставку. Но если Азар, которому закон запрещает это делать, сдает информацию на активистов, - то это всего лишь скромное, объяснимое и простительное презрение к людям. И никто на весь либеральный лагерь не готов признать “моральную вину”, а Азар не готов нести за нее ответственность. Либеральная общественность щебечет: “Как? Наш Азар?” Да, ваш Азар. Не злодей. А всего только падла и стукач на допросе в СК. Не хотел? Но когда стал давать показания, тогда и сдал. В ситуации чуть менее обычной у Азара мгновенно сформировались подлые черты.

Непрофессионализм Путьки и Ткача — это предательство. А непрофессионализм Азара — случай из практики неопытного пидараса? Интервьюируемые, на которых Азар делает свой гордый мини-бизнес, вправе рассчитывать, что этот мини-бизнесмэн их не проложит. Азар же подозревает нас в отсутствии этого права. Схожу-ка я в СК. Приду и сдам. Мир не перестанет вертеться. Я — Азар. А они — кто такие? Мой корм подножный.

Разумеется, после такого нарушения Азар должен уволиться. Как по мне - уйти из журналистики совсем. Из-за профнепригодности: он передал следствию все, что знал о нас из общения с нами. Но вместо этого будет самодовольный троллинг в твиттере. Такой же самодовольный, как недавние письма Азара, уже посетившего СК и слившего на допросе информацию о Войне, - в которых он предлагает назвать ему новые адреса Войны и назначить новую встречу.

Для чего ему новые адреса и новые встречи, если известно, как он поступил со старыми?

По существу. Достаточно ли показаний Азара для ареста Лени Ёбнутого? Да. Как было достаточно в ноябре 2010, когда Войну арестовали за “Дворцовый Переворот”. Арест последовал за невиннейшими показаниями Лося. После того как следствие уболтало Лося дать ничтожные по значимости, “очевидные” показания: что он знает, что Ёбнутый, Коза и Вор существуют, и что он может сопоставить клички с именами.

Теперь есть зафиксированные в протоколе показания свидетеля Азара, подтверждающего Лёнины мэйлы. И есть также показания Азара о том, что общение с Войной было. Азар в статусе свидетеля сопоставил определенные имена с определенными мэйлами, с которых он получил определенные письма. С этим обвинение будет выходить на суд. На суде обвинение предъявляет доказательства, и главные из них — показания свидетелей.

Азар же, взрослый детина, на это говорит, что номера квартиры он не давал же. Да Азар живет в своем мире. У Войны вообще нет квартиры. Зато теперь у мусаров есть содержательные показания свидетеля.

Азар в шутку пишет Навальному: “Сдам ментам адрес твоего твиттера”. Если отнесешь и покажешь, что это адрес Навального, - это будет полноценным доказательством в суде. А без этого показания — доказательством не будет, несмотря на всю очевидную для Азара очевидность. Доказать, что твиттер Навального — его твиттер, без показаний Азара — крайне сложное занятие.

Почему, перед тем как идти на допрос, Азару было не написать нашим адвокатам, не написать нам, не посоветоваться? Почему он не написал нам даже после допроса, на котором он предоставил следствию сведения о нас? Почему мы узнаем об этом через третьи руки и по инициативе третьих лиц? Как это еще можно назвать, как не действиями в интересах следствия? Азар — специализируется на оппозиции. По всем пунктам и подпунктам он обязан быть подкован что твоя блоха.

Почему да почему.

Потому что Азар и его френды не желают видеть разницы между данным интервью и гражданином, который подтверждает в свидетельских показаниях, что интервью дано. Для суда само интервью на Ленте.ру — это бессмысленный поток электронов, а показание, что это интервью было дано, — важное доказательство в обвинительном заключении. В паблике может быть сколько угодно информации — мыла, адреса, куры в пёздах,  - но обвинение представит, а суд примет именно показания свидетеля о том, что данная курица побывала в конкретной пизде.

Потому что Азар и твиттеряне не желают вникать в то, что суды принимают в качестве доказательств. Добровольные свидетельства либерального журналиста — большой подарок мусарской системе.

Азар и ко не знает и не понимает, как работает следствие, суд. Их в большинстве не судили по уголовке, они не были под следствием. О суде они знают — из азаровых же обзоров резонансных процессов.

То, что очевидно для Азара, неочевидно суду, и наоборот. Азару очевидно, что раз он брал интервью по мылу, то “сообщения есть”. Но это не значит, что их нужно подтверждать в показаниях. Потому что пока это “очевидно” Азару — это только его богатый внутренний мир, и следователю он до пизды, а когда Азар дал показания и подтвердил все, что ему “очевидно”, - это можно использовать в суде как доказательство, полученное от свидетеля. Что-то большее суду не особо и нужно.

Очевидные Азару вещи не являются доказательствами в суде (недавний процесс над “девами” это показал). Доказательствами в суде являются прежде всего показания свидетелей.

Азар продолжает врать в стиле шлага. Он пишет: “На допросе по уголовному делу за сожженный автозак следак потребовал имейл, с которого отвечали на мои вопросы активисты Войны”. Для того, чтобы до этого дошло, Азар должен был показать, что общался именно с Войной, и пояснить, в какой форме это общение происходило. Это все показания. Показания — это сотрудничество. Сотрудничество с мусарами — это сучий ход. Сотрудничество с мусарами в ситуации, когда закон не только защищает тебя от этого, но и обязывает тебя молчать, - это кромешное блядство.

Вряд ли данное нарушение закона о СМИ предполагает какую-то ответственность для Азара. Но вопрос: сообщил бы Азар контакты Ёбнутого, если это могло бы привести к аресту самого Азара? Или бы посоветовался и подумал? И не был сукой?