Речь адвоката Анастасии Екимовской в защиту Алексея Марочкина

Анастасия Екимовская, адвокат обвиняемого по делу 13ти другороссов Алексея Марочкина (слева)

Уважаемый суд, уважаемые участники процесса!

Мой подзащитный Марочкин А.Б. обвиняется в том, что совершил организацию деятельности общественной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности.

По мнению обвинения, Марочкина А.Б. вместе с Песоцким А.А. в 2007-2008 гг. привлек в МОО «НБП» Дмитриев А.Ю. Затем указанные лица в период с 07.08.2007 по 12.07.2009 совершили следующие организационные действия, направленные на продолжение деятельности «НБП», а именно:

1. приискали для проведения регулярных собраний участников МОО «НБП» квартиры, расположенные по адресам: г.Санкт-Петербург, ул. Р…, а также: г.Санкт-Петербург, ул. Л…;

2. организовали вербовку новых участников МОО «НБП» путем использования интернет-сайта www.nazbol.ru;

3. организовали финансовое обеспечение деятельности путем сбора денежных средств с участников МОО «НБП»;

4. установили отношения иерархии и подчиненности;

5. требовали от участников МОО «НБП» не обращаться в правоохранительные органы с сообщением о совершаемом преступлении.

Кроме того, по версии обвинения, Марочкин А.Б., наряду с другими подсудимыми в период времени с 07.08.2007 по 12.07.2009 в помещении квартиры на Л… проводил регулярные собрания участников МОО «НБП», в ходе которых:

1. лично выступал с целью изложения политической идеологии МОО «НБП»;

2. координировал деятельность участников указанной организации как лично, так и через иерархическую систему;

3. распространял и пропагандировал атрибутику запрещенной МОО «НБП» (флаг, печатные издания);

4. собирал денежные взносы с участников МОО «НБП».

При этом Марочкин А.Б. лично организовывал и участвовал в проведении собраний МОО «НБП»: 09.08.2009, 16.08.2009, 23.08.2009, 30.08.2009, 06.09.2009, 13.09.2009, 27.09.2009, 04.10.2009, 11.10.2009, 18.10.2009, 06.12.2009, 20.12.2009.

Помимо этого, Марочкин А.Б., наряду с другими подсудимыми, организовал участие членов МОО «НБП» в публичных мероприятиях на территории г.Санкт-Петербурга, в том числе проводимых 31 числа каждого месяца с 31.01.2010; также размещал на сайте www.nazbol.ru сведения о деятельности МОО «НБП» в Санкт-Петербурге, а также анкеты об участии в деятельности МОО «НБП», целью которых было вовлечение новых участников.

Далее, обвинение перечисляет различные административные правонарушения (в т.ч. неповиновение сотруднику милиции, нецензурная брань, переход дороги в неположенном месте), в совершении которых были признаны виновными другие подсудимые по данному уголовному делу и указывает, что именно Марочкин А.Б. организовал совершение ими данных правонарушений.

Указанное обвинение является предположением органов следствия, а затем и прокуратуры, но не подтверждается, а наоборот, опровергается собранными по данному уголовному делу доказательствами. Из анализа доказательств в совокупности следует, что Марочкин А.Б. должен быть оправдан по следующим основаниям:

1. Недоказанность существования МОО «НБП» после 07.08.2007 года

В ходе судебного следствия стало очевидно, что основанием для возбуждения уголовного дела и дальнейшего уголовного преследования двенадцати невиновных лиц явилась полная неосведомленность оперативных сотрудников в политической сфере жизни общества, прежде всего, о возможности существования в рамках одного идейно-политического направления (национал-большевизма) нескольких общественных объединений, различающихся в деталях.

В обвинительной речи прокурор сослалась на судебную статистику, свидетельствующую о росте количества преступлений экстремистской направленности. Ни для кого не секрет, что за такими цифрами стоят не реальные преступления, а показатель раскрываемости этих, так называемых, преступлений. Увеличение этого показателя якобы свидетельствует о качестве работы правоохранительной системы. Этим и объясняется желание Центра «Э» возбудить очередное уголовное дело якобы экстремистской направленности в отношении лиц, придерживающихся идеологии национал-большевизма, после судебного запрета деятельности «НБП».

В ходе судебного следствия стало ясно, что оперативные сотрудники не сочли нужным вдаваться в такие подробности, как различия между понятиями «НБП» и «нацбол», что подтверждается показаниями свидетелей обвинения, допрошенных в судебном заседании:

Свидетель Мельников (сотрудник 2-го отдела Центра противодействия экстремизму ГУ МВД России по СЗФО) на вопрос государственного обвинителя о том, причастны ли подсудимые к деятельности НБП, ответил следующее: «В ходе проведения осмотра дисков с видеозаписями стало понятно, что они продолжают принадлежать к НБП, т.к. называют себя «нацболы», «лимоновцы» (т.18 л.д.138). На вопрос одного из подсудимых – Р.Баширова – пояснил, что «национал-большевик» и «член НБП» - для него являются равнозначными понятиями. (т.18 л.д.138)

Свидетель Соколов А.И. (один из секретных свидетелей, информация от которых стала основанием для возбуждения уголовного дела) пояснил, что «нацбол» и «Национал-большевистская партия» - это одно и то же. (т.19 л.д.154)

На вопрос прокурора: «На основании чего был сделан вывод о том, что данное общественное объединение продолжало деятельность НБП?», - свидетель Грязнов Д.В. (оперуполномоченный по особо важным делам ГУ МВД РФ по СЗФО) пояснил: «Этот вывод сделан при просмотре видеозаписи, в связи с тем, что с участников взимались партийные взносы, обсуждались проведенные и планируемые мероприятия». (т.18 л.д.153)

Таким образом, по версии обвинения, если собирались и называли себя нацболами, - значит, продолжали деятельность НБП.

Очевидно, если подсудимых обвиняют в продолжении деятельности запрещенной партии, следствие должно было выяснить, в чем именно заключается идеология этой партии и какие конкретно действия подсудимых подтверждают приверженность именно этой идеологии.

Ничего этого сделано не было. В числе доказательств обвинением даже не был представлен устав НБП и политическая программа НБП.

Обвинение ограничилось лишь описанием символики и необоснованным предположением о том, что обвиняемые использовали символику запрещенной партии. Однако деятельность партии – это не только использование символики, это, прежде всего, действия, направленные на реализацию конкретной политической программы, а также стремление донести до общества и власти свои предложения.

Сторона обвинения не указывает, какие конкретно действия со стороны подсудимых, в том числе и Марочкина, направлены на реализацию программы НБП, т.к. следствие не сочло нужным даже исследовать эту программу.

Тот же Грязнов Д.В. по поводу политики партии сообщил, что подсудимые хотят преобразовать политический строй, уклад нашей страны и хотят сделать ее лучше. (т.18 л.д.153)

Свидетель Сазонов М.С. пояснил, что целью деятельности партии являлось создание оппозиции и демонстрация того, что нынешняя власть неприемлема (т.19 л.д.99)

На вопрос защитника свидетель Федоров А.Н. (заместитель начальника отдела УОООП и ВОИВ ГУ МВД России по СПб и ЛО – занимается публичными мероприятиями) пояснил, что в его обязанности входит аналитика подобных мероприятий, отслеживание количества мероприятий, участников, факта согласованности мероприятия. При этом пояснил, что идеология мероприятия их не интересует. На вопрос защитника о том, отличает ли он идеологию «Другой России» от «НБП» свидетель не смог дать внятного ответа (т.19 л.д.19).

Из приведенных показаний можно проследить логику обвинения: раз не согласен с действующей властью, значит – преступник. При этом различия в идеологии отдельных партий национал-большевистской направленности сторону обвинения совершенно не интересуют. Хотя очевидно, что без четкого понимания идеологии той и другой партии невозможно дать правильную оценку действиям подсудимых.

Следует отметить, что на принадлежность фигурантов этого дела именно к числу национал-большевиков, но не к НБП указывал Д.И.Раскин, доктор исторических наук, начальник отдела научных публикаций Российского государственного исторического архива. Им было проведено исследование, представленное стороной обвинения как доказательство (т. 1 л.д.162-165). В нем четко указано, что ни один из символов (изображение серпа и молота, сочетание черного и красного цветов), равно как и лозунги не могут являться монополией НБП (т.1 л.д.163). На последний вопрос, поставленный перед ним, он дает ответ о том, что представленные материалы можно отнести также к другой, незапрещенной организации (движению), унаследовавшей символику от НБП. Для четкого ответа на вопрос специалист указывает на необходимость проведения комплексного исследования.

Комплексное исследование, по мнению защиты, предполагает привлечение знаний в области политологии, политической социологии, истории, геральдики. Однако следствие понимает, что в случае привлечения соответствующих специалистов, могут быть получены не те выводы, которые нужны. В связи с чем были привлечены специалисты из Москвы, не первый раз сотрудничающие с правоохранительными органами по делам экстремистской направленности. Наличие у них знаний только в области психологии и педагогики не стало препятствием. Главное, что они всегда «идут на поводу у следствия», о чем прямо заявил в судебном заседании эксперт Батов. Это можно назвать оговоркой, но, как известно, беспричинных оговорок не бывает.

В материалах уголовного дела имеются два заключения экспертизы: психолого-лингвистического исследования № 215/20 от 20.09.2010 (т. 2 л.д. 184-189) и социогуманитарной экспертизы № 99/11 от 21.06.2011 (т.14 л.д.53-56). Обе экспертизы проведены одними и теми же экспертами. Из заключений видно, что перед экспертами были поставлены аналогичные вопросы, а именно:

1) Выражают ли использованные в представленных аудио- и видеоматериалах словесные или иные средства унизительные характеристики, отрицательные эмоциональные оценки и негативные установки по признаку пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе (какой именно) или отдельных лиц как их представителей?

2) Использованы ли в представленных документах специальные языковые или иные средства, приемы (какие именно) для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик, отрицательных эмоциональных оценок, негативных оценок, негативных установок и побуждений к действиям против какой-либо по признаку пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе?

3) Являются ли на представленных видео- и аудиоматериалах собрания группы лиц собраниями групп лиц по организации деятельности межрегиональной общественной организации «Национал-Большевистская партия» или ее территориальных (логических) подразделений, в том числе с использованием внешних (формальных) изменений?

При назначении социогуманитарной экспертизы следствием были поставлены также, дополнительно к вышеперечисленным, иные вопросы, требующие привлечения знаний из области психологии, например: Какова степень сплоченности, организованность данной группы людей, усматривается ли наличие иерархии, распределение обязанностей и ролей среди ее участников?

Из описательной части заключения социогуманитарной экспертизы видно, что эксперт использует ту же методологию, что и при проведении лингвистического исследования: в качестве методологического основания указаны различные определения из Федерального закона и Википедии. Оба исследования проведены одним и тем же способом: посредством лингвистического анализа. Эксперт исследует протокол осмотра предметов (стенограмму аудиозаписи), находит в тексте упоминание о «нацболах» и делает вывод о том, что «собрание группы лиц направлена на организацию деятельности МОО «Национал-Большевистская партия» или ее территориальных (логических) подразделений, в том числе с использованием внешних (формальных) изменений». Выводы социогуманитарной экспертизы Крюкова дополняет характеристиками понятий «малая группа», «устойчивая группа» и т.д. Однако то, что на видеозаписях присутствуют собрания группы лиц, стороной защиты не оспаривается.

Таким образом, Н.Н. Крюкова и В.И. Батов в обоих случаях выступают в качестве лингвистов. Данное обстоятельство эксперты подтвердили и в судебном заседании. Так, Крюкова пояснила, что свои промежуточные выводы она делает на основе анализа контекста (например, таким способом она пришла к выводу, что «данная группа позиционирует себя как питерское отделение НБП» (т.14 л.д.61). По ее личному мнению, она может проводить подобного рода экспертизы лишь на том основании, что при получении высшего педагогического образования изучала такие предметы, как «Социальная психология» и «История КПСС».

Однако в судебном заседании эксперт не смогла охарактеризовать идеологию Национал-Большевистской партии, сообщив суду лишь то, что у НБП было две программы, которые различаются между собой. При этом она неоднократно повторила, что все сведения о деятельности НБП ей стали известны в связи с проведением других экспертиз. Так, Н.Н.Крюкова сообщила: «Я много чего могу написать по нацболам, т.к. через меня прошел не только этот материал». Ни УПК РФ, ни теория уголовного процесса не предусматривает возможности приобретения экспертом специальных знаний при осуществлении экспертной деятельности. Понятие эксперта как лица, обладающего специальными знаниями, предполагает, прежде всего, получение соответствующего образования и стажа работы, т.е. владение в достаточном объеме теорией и практическими навыками, позволяющими привлекать лицо к участию в уголовном судопроизводстве. При проведении экспертиз эксперт может совершенствовать свои навыки и умения, но не приобретать новые знания.

Все вышеизложенное подтверждает довод о некомпетентности данных экспертов и неиследовании вопросов, связанных с идеологической составляющей НБП и «Другой России».

Полноценное исследование проводит специалист Дубровский Д.В., обладающий соответствующим образованием, который в судебном заседании подтвердил свои выводы и пояснил различия между нацболами и НБП. Государственный обвинитель, стремясь опорочить данное доказательство защиты, указала на его недопустимость в связи с тем, что перед дачей заключения специалист не был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ. Данный довод является несостоятельным, так как ст.307 УК РФ не предусматривает уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения специалиста. Ссылка обвинителя на то, что заключение специалиста не может быть принято во внимание, так как никто не проверял аутентичнось представленного специалисту для исследования материала, также является несостоятельной. Такой подход нарушает принцип состязательности и ограничивает сторону защиты в получении доказательств. Кроме того, довод прокурора можно толковать как предположение о недобросовестности защитника, представившего специалисту копии материалов уголовного дела, что является недопустимым.

Таким образом, у суда нет каких-либо законных оснований не принимать во внимание заключение специалиста, подтвержденное также его показаниями в суде. Следует отметить, что у стороны обвинения не возникло сомнений в компетенции данного специалиста.

Наконец, один из подсудимых – Дмитриев А.А. – дал подробные показания о возникновении идеологии национал-большевизма и существовании ее в настоящее время не только в рамках деятельности НБП. Эти доводы стороной обвинения не были опровергнуты.

Данная позиция подтверждается также показаниями свидетеля защиты Савенко Э.В., который пояснил, что после запрета НБП сформировалась коалиция «Другая Россия». Ончеткоохарактеризовал идеологию НБП, ее отличия от идеологии «Другой России», в частносити, пояснил, что «Другая Россия», в отличие от НБП, придерживалась социалистических идей.

Из изложенного следует, что стороной защиты представлено достаточное количество относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих, что НБП фактически прекратила свое существование в 2007 году, а идеология национал-большевизма продолжает существовать в рамках других течений, например, через объединение «Другая Россия».

2. Недоказанность организующей роли Марочкина:

Независимо от того, как именовать это объединение – НБП, Другая Россия или как-либо еще – следствием и обвинением не представлено ни одного доказательства, подтверждающего, хотя бы косвенно, организационную или иную активную роль Марочкина.

Сам Марочкин А.Б. подробно рассказал суду о том, что не принимал никакого участия в политической жизни общества, никого не организовывал и не привлекал к участию в деятельности НБП. Увлекаясь рок-музыкой и почитая творчество таких исполнителей, как «Гражданская оборона», Е.Летов, участвовавших ранее в НБП, он стал общаться с людьми, так или иначе имевших отношение к НБП. До судебного запрета деятельности партии в 2007 году Марочкин, действительно, принимал участие в различных мероприятиях, организованных НБП для того, чтобы найти людей со сходными музыкальными увлечениями. После запрета партия прекратила свое существование. Некоторые бывшие члены запрещенной партии приняли решение создать новое объединение, основанное на новых политических идеях, под названием «Другая Россия». Марочкин, находясь в поисках участников для своего музыкального коллектива, стал общаться со сторонниками «Другой России», не вникая в политику. На собраниях он не выступал, публичные мероприятия не организовывал, вербовку новых участников не осуществлял, помещение для проведения собраний не подыскивал, денежные взносы не вносил и ни с кого не собирал, администрированием сайта nazbol.ru не занимался. Квартиру, где проходили собрания «Другой России», он использовал для репетиций.

Государственный обвинитель усмотрела в показаниях Марочкина противоречия, состоящие в следующем: Марочкин говорит об отсутствии интереса к политике, но при этом утверждает о различиях в уставах партии. Доводы обвинения являются явно надуманными. Любой человек, даже невысокого интеллектуального уровня, понимает, что новая партия имеет устав и программу, отличающиеся от устава и программ других партий. Кроме того, мой подзащитный больше года находится в ситуации уголовного преследования. За это время, с целью защиты от необоснованного обвинения, он вынужден был вникнуть в особенности идеологии обеих партий.

Утверждение обвинения об организационной роли Марочкина опровергается самими доказательствами обвинения, а именно:

Свидетель Мельников И.Е. (сотрудник 2-го отдела Центра противодействия экстремизму ГУ МВД России по СЗФО) в судебном заседании показал следующее: «Собрания в основном проводили 2 или 3 человека: Дмитриев, Песоцкий, часто выступал Бойков, а также те, кто входил в Центральный комитет: Баширов, Хренов. По мнению Мельникова И.Е. в НБП существовали подразделения. Одно из них – Центр – возглавлял Баширов, затем Хренов. Центральный комитет формировался в основном из самых серьезных активистов, кто более всех принимал участие (т.18 л.д.139). По мнению свидетеля, Марочкин принимал активное участие в деятельности всей партии (т.18 л.д.140). При этом на вопрос защиты свидетель пояснил, что свои выводы он сделал только на основании осмотра видеозаписи, каких-либо ОРМ в отношении подсудимых он не проводил, только работал с результатами ОРМ: в течение 8 суток осматривал диски и опознавал лица (т.18 л.д.141). Свидетель не смог дать ни одного четкого ответа на вопросы защиты о том, кем конкретно руководил Марочкин в рамках своей организационной деятельности, не смог назвать ни фамилии, ни количество человек, находившихся под руководством Марочкина. (т.18 л.д.142). Мельников не смог ответить на вопрос, занимался ли Марочкин администрированием сайта, но подтвердил, что не видел, как Марочкин занимается сбором денег (т.18 л.д.143). Далее, на уточняющий вопрос защиты свидетель пояснил, что сбором денег занимался некий Полонский (т.18 л.д.144).

По мнению Мельникова, из видеозаписи видно, что Марочкин ведет активную деятельность, поясняя при этом, что он участвовал в митингах, осуществлял сбор лиц, давал указания. Утверждения свидетеля голословны, так как следствием не представлено каких-либо видеозаписей с митингов, а суд отказал стороне защиты в истребовании этих видеозаписей из ГУМВД России по СЗФО. Утверждая, что Марочкин осуществлял сбор лиц, свидетель Мельников не смог пояснить, где именно он их собирал. По поводу организации митингов свидетель уточнил, что видел на видеозаписи, как Песоцкий призывает к участию в митинге. По поводу Марочкина пояснил, что тот участвовал в несогласованных митингах (но не организовывал их). Свидетелю Мельникову известно, что Марочкин играл в рок-группе «Союз Созидающих» (т.18 л.д.144).

Свидетель Грязнов Д.В. (оперуполномоченный по особо важным делам ГУ МВД РФ по СЗФО), ссылаясь на информацию, полученную от Сазонова, сообщил, что собрания проводили Песоцкий либо Дмитриев, которые заявляли себя как исполком (т.18 л.д.154)

Свидетель Грязнов Д.В. на вопрос обвинителя о роли каждого из подсудимых делает предположение о том, что Дмитриев, Песоцкий и, возможно, Баширов составляют исполком НБП. По поводу Марочкина поясняет: «Приближенный (неясно к кому) человек, находящийся в «костяке» организации. У него также были руководящие роли, участники прислушивались к его мнению» (т.18 л.д.156). И далее: «Он не был начальником, он был лицом, которое больше времени находится в составе организации, обладает обширными знаниями. Он был одним из лидеров» (т.18 л.д.159). При этом свидетель Грязнов Д.В. не смог пояснить, руководил ли Марочкин кем-либо конкретно, занимался ли он администрированием сайта, собирал ли деньги на какие-либо нужды. По мнению Грязнова Д.В., виновные деяния Марочкина состоят только в том, что «у него были идеи по проведению конкретных акций прямого действия, которые он обсуждал с Песоцким» (т.18 л.д.159). Однако в материалах дела отсутствуют сведения о каких-либо переговорах Марочкина с кем-либо из подсудимых. Таким образом, показания вновь являются голословными, неподтвержденными. Наконец, наличие у Марочкина «идей» не может быть составом преступления, т.к. лицо может быть привлечено к уголовной ответственности только за деяние, выразившееся в действии или бездействии.

Свидетель Сазонов М.С., присутствовавший при проведении собраний на Л…, пояснил, что собрания проводили либо Песоцкий, либо Дмитриев (т.19 л.д.99). Также среди участников он назвал Хренова, Баширова (т.19 л.д.100). Дмитриева он охарактеризовал как главу отделения, по поводу Песоцкого пояснил, что только он занимался отбором членов «НБП». В отношении Марочкина свидетель Сазонов пояснил, что он участвовал собраниях, акциях, проводимых на территории СПб. Более подробно пояснить не смог. Уточнил, что видел Марочкина на собраниях и митингах непостоянно (т.19 л.д.105). Свидетель не вспомнил, чтобы Марочкин когда-либо выступал на собраниях. Но подтвердил, что Марочкин никогда не собирал деньги (т.19 л.д.106). Свидетель пояснил, что организаторами той акции, в которой он участвовал, являлись Дмитриев и Песоцкий (т.е. не Марочкин). На уточняющие вопросы защиты свидетель Сазонов пояснил следующее: «Марочкин публично никого не агитировал к участию в деятельности партии. Марочкин никогда не руководил собраниями, не занимался сбором денежных средств, не организовывал митинги и демонстрации» (т.19 л.д.109). По мнению Сазонова, в исполком входили Дмитриев, Песоцкий, Милюк (т.19 л.д.111).

Государственный обвинитель отметила, что свидетель Сазонов опознал всех подсудимых. Следует отметить, что свидетель Сазонов не смог верно описать Марочкина: на вопрос защитника ответил, что у него короткие волосы (т.19 л.д.106), что противоречит действительности.

Свидетель Соколов А.И., такжеприсутствовавший при проведении собраний,пояснил, видел Марочкина на собраниях не часто (т.19 л.д.148). Также свидетель пояснил, что администрировнием сайта нацбол.ру занимались Милюк и Песоцкий (не Марочкин) (т.19 л.д.146). По мнению данного свидетеля, Марочкин являлся руководителем южного звена, однако не смог пояснить, кого конкретно Марочкин организовывал и где именно Марочкин передавал информацию участником этого звена, также не смог пояснить, какую именно информацию он передавал. Свидетель не смог назвать конкретных лиц, от которых ему стала известна информация о том, что Марочкин якобы является руководителем южного звена. Кроме того, свидетель Соколов А.И. пояснил, что Марочкин не проводил собрания, не организовывал митинги, не участвовал в сборе денежных средств (т.19 л.д.151-153). Дополнительно подтвердил, что руководящей роли в собраниях не принимал (т.19 л.д.238).

Следует отметить, что доказательства обвинения относительно принадлежности Марочкина к управляющим органам противоречат друг другу. Так, по мнению, Грязнова, Марочкин был руководителем группы «Север». По мнению Сазонова, Марочкин входил в исполком. А Соколов А.И. утверждал, что Марочкин – руководитель южного звена.

Указанные существенные противоречия свидетельствует о необходимости критически относиться к данным показаниям.

В ходе осмотра в судебном заседании дисков с видеозаписями №№1-5, датированных 12.07.2009, 19.07.2009, 26.07.2009, 02.08.2009, 09.08.2009, достоверно было установлено, что Марочкин не присутствует на зафиксированных собраниях группы лиц.

Из протокола осмотра предметов (указанных дисков с видеозаписью) с участием свидетеля Мельникова И.Е. следует, что ни на одном из просмотренных видеофайлов свидетель не опознал Марочкина как лицо, организующее или проводящее собрания. (т.13 л.д.1-205).

В протоколе осмотра предметов (т.13 л.д.112) указано следующее: «Собравшиеся начинают репетицию… Поют Марочкин и одна из женщин (иногда поодиночке, иногда хором). Большинства слов исполняемых песен не разобрать (судя по отдельным фразам, они или часть их имеют национально-патриотический окрас)».

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля следователь Лихачева П.Н., составившая данный протокол осмотра предметов, пояснила, что вывод о национально-патриотическом окрасе является предположением, он сделан из контекста. При этом неясно, какого именно контекста, т.к. ею же было указано в протоколе, что большинства слов песен не разобрать. Кроме того, следователь Лихачева П.Н. не обладает специальными лингвистическими знаниями для того, чтобы делать вывод о смысле текста, соответственно, указанная ею фраза не может быть положена в основу обвинения.

Сам Марочкин пояснил, что целью записываемых песен было исключительно осмеивание творчества музыкальных коллективов неонацистской направленности, результаты его творчества участники «Другой России» не использовали.

Государственный обвинитель в своей речи сослалась на фразу, прозвучавшую на видеозаписи, о том, что прошел концерт, нацбольский, на котором был вывешен флаг. При этом стороной обвинения не установлено, где именно, когда прошел концерт, кем именно был вывешен флаг, а, самое главное, - какой именно флаг был вывешен (принадлежащий НБП или другому национал-большевистскому течению).

Таким образом, в ходе судебного заседания достоверно установлено, что Марочкин А.Б. не совершал действий, направленных на продолжение деятельности «НБП», в том числе:

1. не приискивал для проведения регулярных собраний участников МОО «НБП» квартиры, расположенные по адресам: г.Санкт-Петербург, ул.Р.. (номер квартиры не указан), а также: г.Санкт-Петербург, ул. Л…(данная квартира была предоставлена сотрудниками Центра «Э»);

2. не организовывал вербовку новых участников МОО «НБП» путем использования интернет-сайта www.nazbol.ru;

3. не организовывал финансовое обеспечение деятельности путем сбора денежных средств с участников МОО «НБП»;

4. не устанавливал отношения иерархии и подчиненности;

5. не требовал от кого-либо не обращаться в правоохранительные органы с сообщением о совершаемом преступлении.

Кроме того, Марочкин А.Б. в период времени с 07.08.2007 по 12.07.2009 в помещении квартиры на Л… не проводил регулярные собрания участников МОО «НБП», в ходе которых:

1. не выступал с целью изложения политической идеологии МОО «НБП»;

2. не координировал деятельность участников указанной организации как лично, так и через иерархическую систему;

3. не распространял и не пропагандировал атрибутику запрещенной МОО «НБП» (флаг, печатные издания);

4. не собирал денежные взносы с участников МОО «НБП».

При этом Марочкин А.Б. вообще не присутствовал на собраниях: 12.07.2009, 19.07.2009, 26.07.2009, 02.08.2009, 09.08.2009.

3. Недоказанность роли Марочкина в организации публичных мероприятий:

Свидетель Соколов А.П. (оперуполномоченный по особо важным делам ГУ МВД РФ по СЗФО) (участвовал в наблюдениях за акциями Стратегии-31 в 2010 году) пояснил, что ядром акции были национал-большевики, в том числе Дмитриев А.Ю., Песоцкий А.А., Ивахник В.С. – наиболее активные, те, которые организовывают. Марочкина среди наиболее активных не назвал (т.18 л.д.166). На уточняющий вопрос защитника свидетель сообщил, что, возможно, он его видел на акциях. Что конкретно делал Марочкин на акциях, свидетель пояснить не смог, сообщил только, что, возможно, тот был в числе участников. Свидетель сообщил, что по результатам наблюдения им составлялись рапорта и справки, однако не смог пояснить, фигурирует ли там фамилия Марочкина (т.18 л.д.167). Дополнил также, что видел с мегафоном Ивахника и Песоцкого (т.18 л.д.169).

Свидетель Струментов Н.В. – начальник отдела Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности, т.е. органа, рассматривающего уведомления от граждан о проведении публичных мероприятий – пояснил, что от МОО «НБП» поступали уведомления на проведение публичного мероприятия в рамках Стратегии-31, но до 19.04.2007 года, т.е. до запрета деятельности партии. Свидетель пояснил, что среди подсудимых он знает Дмитриева, который выступал на мероприятиях КПРФ и других публичных мероприятиях, также лично знает Песоцкого. Они подавали уведомления на проведение мероприятий до 2007 года. Других подсудимых, в том числе Марочкина, представленного обвинением как организатора ряда публичных мероприятий, он не знает. Свидетель пояснил, что в рамках Стратегии-31 первая заявка была подана 31 марта 2009 года. Струментов Н.В. перечислил следующие фамилии заявителей: Ведерникова Т.Б., Евдокимова Н.Л., Курносова О.В. Также пояснил, что из подсудимых подавал уведомление Ивахник. Фамилия Марочкина ему не известна

Он сообщил, что присутствовал на данных мероприятиях, и подтвердил, что на этих мероприятиях не проходила пропаганда какой-либо партии.

Свидетель пояснил, что организация публичного мероприятия предполагает подачу гражданином уведомления о проведении мероприятия. Иные лица являются участниками, но не организаторами мероприятия (т.18 л.д.233).

Свидетель Ведерникова Т.Б., допрошенная по ходатайству защиты 04.09.2012 года, подтвердила, что она являлась одним из организаторов акций в рамках Стратегии-31 с января 2010 по март 2012 года. Свидетель также пояснила, что никто никогда на этих мероприятиях не демонстрировал никакой атрибутики.  

Свидетель Пивоваров А.С., допрошенный по ходатайству защиты 31.08.2012 года, подтвердил, что в течение всего 2010 года был одним из организаторов мероприятий, проводимых в рамках Стратегии-31.

Свидетель Федоров А.Н. (заместитель начальника отдела УОООП и ВОИВ ГУ МВД России по СПб и ЛО – занимается публичными мероприятиями) пояснил, что акции в рамках Стратегии-31 инициируют участники «Другой России». На вопрос государственного обвинителя, кого из подсудимых он может отнести к лидерам или активным членам «Другой России», свидетель назвал Дмитриева А.Ю., Песоцкого, Милюка, Ивахника. На вопрос прокурора: «Марочкина Вы тоже относите к наиболее активным участникам?», - свидетель четко ответил: «Нет». (т.19 л.д.15-16). На вопрос защитника свидетель Федоров не подтвердил принадлежность Марочкина ни к НБП, ни к «Другой России» (т.19 л.д.18).

Свидетель Никитин В.А. (работает в полку ППСП ГУ МВД России по СПб и ЛО, в должностные обязанности входит охрана общественного порядка при проведении мероприятий) не смог назвать ни одной фамилии активных участников публичных мероприятий, в том числе и Марочкина. (т.19 л.д.23)

Свидетель Никитин Ю.А. (работает в полку ППСП ГУ МВД России по СПб и ЛО, в должностные обязанности входит охрана общественного порядка при проведении мероприятий) смог назвать только фамилию Дмитриева, не указав, в связи с чем он ее помнит. Остальные подсудимые были ему не знакомы, несмотря на то, что в его обязанности входит охрана общественного порядка при проведении публичных мероприятий у Гостиного Двора (т.19 л.д.26). Свидетель пояснил, что если проводится задержание участника публичного мероприятия, использующего какую-либо символику, в рапорте указывается на ее наличие и приводится ее описание (т.19 л.д.28).

Следует отметить, что ни в одном из протоколов об административных правонарушениях и ни в одном из постановлений о назначении административного наказания в отношении Марочкина (в которых приводится содержание рапортов), нет указания на использование им какой-либо символики, в т.ч. символики НБП.

Свидетель Мошков С.П. (полицейский полка ППСП ГУ МВД России по СПб и ЛО) не назвал фамилию Марочкина как участника акций ни на предварительном (т.8 л.д.102-104), ни в судебном следствии (т.19 л.д.31-32).

Свидетель Искендеров М.М.о., работавший в 28 отделе полиции УМВД России по Центральному району, среди лиц, задерживавшихся у Гостиного Двора при проведении акций в рамках Стратегии-31 в судебном заседании смог назвать только Песоцкого и Мамедова.

Свидетель Резник М.Л., допрошенный по ходатайству защиты 07.09.2012 года, активно участвующий в политической жизни города, пояснил, что среди подсудимых знает Дмитриева, Песоцкого, Милюка с 2004 года как членов НБП. Марочкина он не знает. Из чего можно сделать вывод, что Марочкин не является активным участником ни НБП, ни какого-либо другого общественного объединения.

Аналогичные показания дали свидетели защиты писатель Прилепин Е.Н., который пояснил, что знает Дмитриева, Песоцкого, Бойкова с 2001 года. С Марочкиным не знаком.

Также свидетель Волохонский В.Л., журналист по профессии, активно интересующийся политической жизнью,сообщил, чтоему знакомы Дмитриев и Песоцкий как лидеры «Другой России». Также знает Милюка, Ивахника. Марочкина он не знает.

Свидетель защиты Натяг В.О. (депутат ЗакСа)пояснил, что знает Дмитриева, Песоцкого как национал-большевиков с 2000 года. Марочкина он не знает.

Допрошенный 05.10.2012 года по ходатайству защиты свидетель Савенко Э.В., являющийся бывшим лидером запрещенной НБП, пояснил, что после запрета в 2007 году деятельность НБП ни в Санкт-Петербурге, ни где-либо не была продолжена. На вопрос защитников он четко ответил: «Мы тщательно отслеживали, чтобы везде соблюдался запрет на осуществление деятельности НБП». Очевидно, что Савенко Э.В., как бывший лидер несуществующей партии не мог не знать о том, продолжает ли партия после запрета свою деятельность в регионах. Среди активистов «Другой России» в Санкт-Петербурге свидетель Савенко Э.В. назвал только Дмитриева и Песоцкого. Фамилия Марочкина ему не знакома. Его показания также опровергают версию обвинения об организации Марочкиным деятельности общественного объединения, именуемого обвинением НБП, а фактически являющегося «Другой Россией».

Очевидно, что люди, интересующиеся общественно-политической жизнью Петербурга, знают ее активных участников, в том числе Дмитриева и Песоцкого. То обстоятельство, что ни один из них не назвал Марочкина, свидетельствует о его неучастии в общественно-политической жизни города, и, следовательно, отсутствии руководящей и организационной роли вообще в какой-либо партии.

Допрошенная в судебном заседании в качестве эксперта Крюкова Н.Н., назвав Марочкина неформальным лидером, не смогла ответить на вопрос защиты о конкретных действиях Марочкина, направленных на организацию людей. С ее слов, вывод о том, что Марочкин является организатором, сделан ею из стенограммы, т.е. протокола осмотра, при этом ею не приведена конкретизация оснований.

Отсутствие организационной роли Марочкина подтверждается также показаниями Дмитриева и Песоцкого.

Кроме того, показания Марочкина А.Ю. подтвердила допрошенная по ходатайству защиты свидетель Пояркова Ж.М., которая пояснила что Марочкин в 2009 году активно подбирал музыкантов в свою рок-группу, в том числе пригласил и ее. Дважды она была на квартире на Л…, где они с Марочкиным записывали песни шуточного содержания. Песни исполняла она, текст сочиняли вместе. Марочкина охарактеризовала как творческую личность, интересующегося только музыкой и равнодушного к политике. Такие показания не подтверждают версию обвинения, в связи с чем прокурор назвала их неотносимыми к делу.

Показания Марочкина подтверждаются также заключением психофизиологического исследования (т.4 л.д.60-93), из выводов которого следует: «Марочкин А.Б. принимал участие в митингах «Национал-большевистской партии». Вербовку новых участников «Национал-большевистской партии» не осуществлял, квартиры для собраний участников «Национал-большевистской партии» не подыскивал, символику, устав и программу для данной партии не разрабатывал.

Допрошенная в качестве специалиста Насонова С.Е., обладающая специальными знаниями в области полиграфологии, подтвердила достоверность данных ею выводов, а также пояснила, что Марочкин действительно принимал участие в митингах НБП, однако с помощью полиграфа невозможно определить, когда именно проходили эти митинги: до 2007 года или после.

На возражения прокурора о недопустимости данного доказательства: Вывод о правдивости/ложности показаний дает полиграф. Задача специалиста при проведении исследования с использованием полиграфа – зафиксировать показания самого полиграфа. Для того, чтобы научиться обращаться с техникой, не требуется многолетней подготовки. Непродолжительность специального стажа у специалиста объясняется тем, что такой вид доказательств стал использоваться относительно недавно.

Из приведенного анализа доказательств следует, что роль Марочкина нельзя расценивать как равнозначную роли Дмитриева и Песоцкого, которые имеют выраженную гражданскую позицию и активно участвуют в общественно-политической жизни города. Очевидно, что у моего подзащитного совершенно другой образ жизни и другие интересы.

Таким образом, совокупность доказательств, представленных стороной обвинения и стороной защиты, наглядно подтверждает отсутствие в действиях Марочкина состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.282.2 УК РФ, в связи с чем, прошу суд: Марочкина Алексея Борисовича – оправдать.