Задержание Олега Воротникова 31 марта 2011, Невский проспект, фото Владимира Телегина
Олег Воротников:
Нет, это не акция. Акции мы делаем совсем по-другому и не попадаемся. А здесь была гражданская инициатива активистов Войны. Мы взяли бутылки в качестве самообороны и договорились применять их, только если на нас нападут.
Действительно, на нас напали, и мы не применяли до тех пор, пока не напали на Каспера. Когда уж ОМОН напал на Каспера, тут уж анархисты не выдержали и применили такое скромное все-таки оружие, такое биологическое оружие - нашу собственную мочу.
Ну, поскольку огнестрельное оружие запрещено продавать в России, мы пользуемся тем, чем можем.
Это исключительно было сделано в целях самообороны, это видно и на видео, и на фото. Поэтому те, кто рыдает, что мы якобы подбегали к полиции и якобы сами, первыми ее обливали, пусть начинают понимать, что конечно это не так. Несчастная доблестная полиция пострадала только в их рыдающих головах. Мы безусловно обидели полицейских, ну так они сами нарвались, пусть теперь ходят обиженные.
Я видел, как ментов особенно взбесило именно то, что Невский перекрыл младенец, и поэтому они с такой особой жестокостью набросились. То есть мы показали, что даже младенец не собирается их бояться. Вот это привело ментов в истерику. Потому что полиция действовала исключительно истерично - не задумываясь о последствиях.
Хотя, с другой стороны, командовали ментами очень расчетливо. Ведь на меня и на Каспера не нападали до тех пор, пока не отъехала “Газель”, в которой сидели Козлёнок, Лёня и наши другие товарищи. И как только она отъехала, в следующую же секунду был дан прямой приказ, на меня было показано пальцем. Были произнесены слова (это тоже слышно на видео): “Оформляем ребенка. Оформляем его”, то есть меня. Приказ отдал начальник 78-го отделения подполковник Засыпкин В. А.
То есть, с одной стороны, жестокий расчет, привычный для ментовских расправ над мирным населением, с другой стороны, какая-то уже бессмысленная истерия, я не знаю… Трудно мне это даже как-то описать.
Я привык к столкновениям с полицией, нас били и третьего марта, и до этого мы очень часто сталкивались с ними, и в тюрьме я побывал, но вот настолько нелепой жестокости, ни к чему не привязанной, абстрактной, космической, даже я не ожидал встретить в этот день.
По телефону, 5 апреля 2011.