Федичев заявил, что Олег находится в федеральном розыске, и уточнил, что его ищет ОСО1 (какой-то подотдел угрозыска, Динзе разъяснит что это), а не только Центр “Э”. Федичев также признал, что он выходец из “Единой России”. И подтвердил, что вот-вот будет вести все дела Войны, пока “основное” дело, “по машинам”, ему еще не пришло, но это вопрос времени.
Динзе - Воротникову, 11 мая, 22:02:
Сегодня звонили менты с ОСО 1 - розыск, интересовались. Я им рассказал про встречу ментами Лёни на Московском вокзале и про дальнейшую слежку 10 мая. Они сказали, что не работали по нему, и отрицали, что могли там быть. И очень удивлялись тому, что я им рассказал про слежку. Данное подразделение засекреченное, это оперативники, занимающиеся поиском товарищей, которые объявлены в розыск, а также различными внедрениями.
Отчет Ёбнутого о допросе 10 мая
10 мая в 18:00 был у Федичева.
Он вызывал меня на допрос как свидетеля по делу против Олега (318, 319, 213 статьи - за 31-е число). Со мной пришел Динзе. Допрос мы начали сами с вопроса про нашу с Олегом “основную” статью (про машинки), про которую непонятно, у Федичева дело или нет. По нашей информации дело уже у него, но он сказал, что дела он еще не видел, но признал, что оно будет у него, это уже бессмысленно отрицать. Затем Федичев начал готовить свой допрос, и там был один интересный момент, который может коснуться многих из нас.
29 апреля адвокат Анастасия Екимовская получила ответ из городской прокуратуры Санкт-Петербурга на жалобу, поданную в связи с действиями следователя Петрова. Выдержка из постановления:
Первый заместитель прокурора Санкт-Петербурга старший советник юстиции Артюхов Э.Э., рассмотрев жалобы защитника обвиняемого по уголовному делу №276856 Воротникова О.В. — адвоката Екимовской А.Н…
ПОСТАНОВИЛ…
Удовлетворить жалобу защитника обвиняемого Воротникова О.В. — адвоката Екимовской А.Н. в части признания незаконными:
- решения ст. следователя по ОВД 1 отдела СЧ ГСУ при ГУВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области Петрова А.Ю. от 21.02.2011 года об отказе в удовлетворении ходатайства заявителя о проведении социологической экспертизы;
- действия ст. следователя по ОВД 1 отдела СЧ ГСУ при ГУВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области Петрова А.Ю. от 30.03.2011 года по возложению на обвиняемого Воротникова О.В. обязанности давать подписку о неразглашении данных предварительного расследования.
Дмитрий Динзе, адвокат Леонида Николаева, сообщает (28 апреля):
Сегодня поступил ответ из городской прокуратуры на заведомо незаконные действия старшего следователя ГСУ ГУВД, полковника юстиции Петрова А. Ю. Основной момент в ответе заключается в том, что большинство действий следователя признаны необоснованными и неправомерными. Хотели по закону, а получилось как умеем мы, милиционеры. Хорошо, что надзирающий орган - прокуратура - отреагировал адекватно и призвал следователя к ответу с вытекающими отсюда последствиями для Петрова. Так, ответ на ходатайство в пользу Николаева, где я просил провести полную проверку фактов относительно соц группы, определения стоимости авто и т.д., Петров проигнорировал, чем меня очень удивил в том плане, а что он вообще собирается по делу делать. Ответ поступил позже - НИЧЕГО, - и поэтому Петров отнял диктофон у Лёни. Ни тебе допросов, очных ставок, да хотя бы каких-то адекватных процессуальных процедур. Ничего не делалось следователем, кроме затыкания ртов подписками о неразглашении страшной тайны предварительного следствия и угрозами образумиться или будя вам хуже, Леня и Олег.
В итоге следователю внесено два представления, которые характеризуются тем, что следователь не получит премию, отодвинется получение очередного звания, разберут на суде чести (ну тут я загнул, бывает такое, но не про нарушение прав обвиняемых), или еще какая безграничная дисциплинарная фантазия свалится на голову Петрова. Получается, что пальчиком грозил, а теперь и сам под пальчик попал. Как я всегда говорю: смотрите на свои бревна в глазах. Вернулось ему все бумерангом, не суди других и сам не судим будешь, а может и не будешь, как судьба распорядится. Пока мяч на нашей стороне поля, будем его скоро передавать очередному охотнику за Леней и Олегом. Впереди суд по подписке о неразглашении, думаю очередной подарок следователю Петрову мы тоже заготовим в качестве очередного представления от суда, если суд сочтет нашу просьбу вкатать следователю очередной правовой щелбан, чтобы неповадно было нарушать закон, а также между делом читать практику Конституционного суда РФ, так, на досуге, для работы пригодится.
Командовали ментами очень расчетливо. Ведь на меня и на Каспера не нападали до тех пор, пока не отъехала “Газель”, в которой уже сидели задержанные Козлёнок (мама Каспера), Лёня Ёбнутый и другие наши товарищи. И как только “Газель” отъехала, в следующую же секунду был дан прямой приказ, на меня было показано пальцем. Были произнесены слова (это отчетливо слышно на видеодокументации): “Оформляем ребенка. Оформляем его!”, то есть меня. Приказ отдал начальник 78-го отделения подполковник Засыпкин В. А.
Начальник 78го отделения Засыпкин В.А. отдаёт приказ “оформлять ребёнка”
Козу повезли в 78-е отделение (ул. Чехова, 15), а меня и Каспера в 28-е (ул. Марата, 79). В ментовском пазике, пока нас с Каспером везли в 28-е отделение, меня избивали двое ментов. На глазах у сына. Я был в наручниках. Один мент усадил меня на сидение, сам сел сверху, оседлал меня, как женщина во время секса, когда она сверху на мужчине, и стал бить кулаком — по голове, в корпус. Другой мент сел на сиденье сзади и начал душить меня. Завел руку мне за шею, согнул в локте и душил. Каспера все это время сжимал в лапах отдельный мент. Избиению есть много свидетелей. Все задержанные в пазике видели это и протестовали вслух:
“Прекратите бить и душить человека!”.
В 28-м отделении нас с Каспером тут же разлучили. Его унесли в отдельный кабинет, где он находился на протяжении полутора часов, и я не знаю, что они там с ним делали. А меня оставили стоять в наручниках в коридоре, под охраной пяти ментов, продолжавших избивать меня. Уже через 10 минут после того, как меня и Каспера доставли в 28-е отделение, туда прибыла толпа эшников, не менее 7-ми, один эшник отделился, подошел ко мне и сказал прямо:
“Тебе мало было первого раза. Наши беседы и методы на тебя не действуют. Что ж, веселись дальше в тюрьме. Теперь ты своего ребенка несколько лет не увидишь”.
23 марта на следственных мероприятиях следователь Петров незаконно изъял у Леонида Николаева личный диктофон без объяснения причин и без каких-либо оснований. Внутри поста подробный рассказ Лёни и Олега об их буднях на следственных мероприятиях.
Официальное заявление адвоката Динзе на изъятие Петровым диктофона у Лени:
Завтра, во вторник 22 марта в 10:30 и в 11:00 состоятся заседания кассационного суда по обжалованию меры пресечения в виде залога для Олега Воротникова и Леонида Николаева в Санкт-Петербургском городском суде, зал 216
Комментарий Олега Воротникова по текущей ситуации с делом
Следопыт Петров и Центр “Э” хотят физически уничтожить активистов Войны. Каждый по-своему: Петрову для этого снова нужна русская тюрьма, а эшникам достаточно любого питерского перекрестка.
Следак Петров опротестовал решение суда выпустить нас под залог. Он не скрывает своего желания засадить нас обратно в тюрьму, о чем открыто говорит. Его тактитка - подлавливать нас на малейших нарушениях. Он уже незаконно, в обход суда, обязал нас подпиской о невыезде, хотя суд выпустил нас только под залог, без ограничений в передвижениях внутри страны. Ну, собственно, я связываю нападение на нас 3 марта и деятельность Петрова. Сразу после допросов у Петрова (28 февраля, 1 марта) на улице к нам прицеплялась наружка. Каждый раз требовались 2 часа, чтобы скинуть ее. 1 марта Коза открыто подошла к сотруднику в штатском и спросила: “Что за нами ходите?” Он смутился, но не ушел, лишь передал нас следующему наблюдателю. И 3 марта, когда мы шли в суд, чтобы получить кассационное представление следователя Петрова, обязующее нас быть в суде 22 марта, нас и избили эшники неподалекку от здания суда. Это их метод, как и наружка. Повторяю, я связываю эти события.
Козлёнок и Каспер на суде по мере пресечения Олега 21 февраля 2011
16 марта старший следователь по особо важным делам 1 отдела ГСУ при ГУВД по СПб и ЛО Петров А. Ю. через адвокатов Олега Воротникова потребовал от Козленка (Натальи Сокол) явки к нему “на прием”. В противном случае ей будет отказано в возврате денежного пособия на ребенка, изъятого при обыске 15 ноября 2010. Речь о возврате паспорта и др изъятых при обыске документов, удостоверяющих личность, в том числе удостоверения сотрудника физического ф-та МГУ, не идет. Петров по-прежнему отказывается вернуть документы, похищенные сотрудниками ОРБ ЦПЭ (центр “Э”) УВД по СЗФО. Наталья Сокол, мать полуторогодовалого Каспера Ненаглядного, уже более четырех месяцев живет вообще без документов. Это особенно тяжело в Российском государстве, где по меткому замечанию Адольфыча, “без паспорта даже солнце не встает”.
Следы избиения 3 марта 2011 эшниками на лице Козлёнка
По пути с пресс-конференции в суд на Олега Воротникова, Леонида Николаева и Наталью Сокол было совершено нападение. Следившие некоторое время за ними незнакомые мужчины преградили им путь.
Около 5 человек в штатском повалили Наталью (Козлёнка) на землю и избивали ногами по голове на глазах многих прохожих.
