Сюжет о Наталье Сокол на берлинском телеканале RTVD OstWest

Сегодня Наталья Сокол, она же Коза Войны и жена основателя арт-группы Олега Воротникова, оказалась в очень сложной ситуации.

Муж месяц как пропал. Одна, беременная, с тремя детьми, Коза живет на неотапливаемой лодке в Берлине.

Образ жизни у этой семьи и до этого был своеобразный. Например, они нарочно не покупали продукты, а просто воровали их из магазина.

Но это ведь тоже акционизм, или уже нет?

Наш корреспондент Люба Камырина встретилась с Сокол в Берлине — на той самой лодке, где семья живет сейчас.

Только у нас — настоящая история семьи Воротниковых, рассказанная Сокол лично!

Продолжение: РОССИЯ ИЛИ ДЕТДОМ: Дискуссия о Войне на RTVD OstWest

Источник: https://rtvd.de

Фоторепортаж целиком: http://telega2.livejournal.com/132100.html

Репортаж cделан по просьбе Войны друзьями-журналистами с немецкого телеканала ZDF

15 февраля 2012 - заседание суда по кассационной жалобе Таисии Осиповой

Keep reading

Правозащитник Филипп Костенко в суде под конвоем мусаров

Василеостровской районный суд Санкт-Петербурга в среду отказался продлить арест активисту и правозащитнику Филиппу Костенко, которого заподозрили в порче плаката “Общероссийского народного фронта”. Об этом в интервью Русской службе Би-би-си рассказала Стефания Кулаева из Антидискриминационного центра “Мемориал”, сотрудником которого является Костенко.

Keep reading

Мэр Праги Богуслав Свобода принял участие в акции “Война - Розыск” (или “Свободу Войне!”), которая идет в разных городах Европы в знак протеста против преследования художников и инакомыслящих в России.

Мэр Праги Богуслав Свобода

Keep reading

3 ноября на знаменитом Карловом мосту в Праге появился баннер 6 на 8 метров с портретом активиста арт-группы Война Олега Воротникова за решеткой, снимок сделан в зале петербургского суда фотографом Владимиром Телегиным.

Keep reading

Прямой репортаж РАПСИ из зала Тверского суда, где оглашают приговор политзекам Игорю Березюку, Кириллу Унчуку, Руслану Хубаеву:


Осужденные по Манежному делу: Игорь Березюк, Леонид Панин, Руслан Хубаев, Кирилл Унчук

15:40 Березюку - 5,5 лет колонии общего режима. Хубаев и Козевин получили 4 и 2,5 года строгого режима соответственно.

15:39 Сроки: Панин получил наказание в виде двух лет лишения свободы в колонии общего режима, Унчуку дали три года колонии общего режима,

15:27 Приговор. Обвиняемые получили сроки от двух до пяти с половиной лет.

Keep reading

На прощанье Олег сказал журналистам, что пресса уже пишет не арт-группа, а фарт-группа Война. И что это довольно точно подмечено, - нам всегда везет. Я вспомнила Адольфыча, который говорил, что фарт, удача – одна из самых привлекательных наших черт.

Немец Ульф (Ulf Kalkreuth) вышел раньше нас и подробно снимал на камеру наш выход из отеля.

Мы направились к Садовой шагом, Каспер помогал мне везти велосипед - толкал его за багажник. Ульф цокал сзади по брусчатке и все снимал.

Прошли метров 20 от входа в отель. К нам на скорости подъехала машина белого цвета, осветив фарами, и резко затормозила. Сразу стало понятно, кто и зачем так оттормаживается на пустынной набережной в первом часу ночи. Я дала знак Олегу, чтоб уезжал. В этот же момент из машины выскочили четыре “эшки” и бросились на нас. Олег запрыгнул на велосипед и резко стартанул, за ним побежал эшка с криками “Стой! Стрелять буду!”, двое других схватили нас с Каспером и мой велосипед. Когда меня схватили, один из них – уже известный группе Война эшка Борисов Игорь Юрьевич – сказал: “Ну вот, наконец-то”. Борисов И. Ю. вместе с дознавателем Бородавкиным впервые допрашивал Олега и Леню ночью 16 ноября 2010 года в Питере, в пятом отделе МОБ, куда были доставлены арестованные в Москве активисты.

Убежавший за Олегом прибежал назад запыхавшись, эшки сели в машину и поехали преследовать Олега на машине. Мы с Каспером под конвоем двух эшек продолжили не спеша двигаться в сторону Садовой. Каспера я предупредила сразу, что все будет в порядке и главное крепко держаться за руки. Он держался и был спокоен. Борисов спросил, что в рюкзаке, и тут же начал его ощупывать.

Ульф с камерой остался на набережной.

Дойдя под конвоем до Садовой, мы свернули на нее и прошли в сторону Лермонтовского проспекта еще квартал. Я не увидела ни Олега, ни машины с эшками, и поняла, что скорее всего Олегу удалось скрыться. Борисов приказал: “Стоим здесь”, конвой остановил нас. Мимо проехала патрульная машина 24-01. Сразу за ней вернулась белая машина с эшками, из нее выпрыгнул тот, что бегал за Олегом, встал передо мной и Каспером с тупой улыбкой и сказал: “Надо было стрелять”. Борисов ему: “А что ребята во второй машине не среагировали?” Они стали разочарованно пиздеть о том, как упустили Олега. Конвой расслабился. Я поставила велосипед на подножку и остановила такси, чтобы уехать. Тут конвойные схватили меня за руки и поволокли в сторону. Я закричала: “Кто-нибудь помогите!” Эшки тащили нас с Каспером по тротуару к своей машине. Я стараюсь удержать Каспера за руку, он вот-вот заплачет, нас волокут, я кричу “помогите”, вижу, что с противоположной стороны дороги к нам направились два человека, из окна дома кто-то крикнул: “Задерживают женщину с ребенком!”. Остановилась машина реанимации, врачи стали интересоваться, в чем дело. Я кричу: “Нас похищают!” Реанимация помотала головой и уехала. Эшки, волоча нас по брусчатке, стали орать прохожим, что они из угрозыска и что “девушка находится в федеральном розыске”. Борисов даже взмахнул корочкой и тут же спрятал ее в карман.

Собрались прохожие. Я успела прокричать номер Динзе, и один прохожий сразу позвонил и рассказал адвокату о задержании. Когда прохожий спросил мою фамилию, то Борисов назвал ее за меня: Сокол. Позднее Динзе утверждал, что прохожий был тоже опер, Динзе передал его номер родственникам, они звонили, и опер потом перезванивал им и интересовался, в какой партии я состою.

Комментарий Динзе:

“Скорее опер. Он думал, что выйдет через меня на Вора. Они не знали, что это я и что я ничего не знаю. Просто опер-игра с прослушками”.

Я поняла, что если эшки продолжат волочить нас волоком по тротуару, то Касперу в итоге сломают руку. Я смогла одной рукой приподнять Каспера и крепко прижала его к груди. Борисов стал впихивать нас в машину, толкая в Каспера у меня на руках. При этом он сказал: “Что ребенком прикрываешься?” На что я ему ответила: “А ты, сука, думаешь, что я его на дороге оставлю?” Изнутри в машину меня затаскивал другой опер. Затащили, закрыли в машине. Затем эшки погрузились сами и зажали нас с Каспером с двух сторон. Велосипед в багажник не помещался. Они стали его разламывать и погружать по частям.

В машине Каспер сказал мне громко: “Менты это не люди”. Я увидела, что он очень расстроен. На губах у него начало истерики. Стала снова успокаивать его.

“Где папа?”

“Уехал”.

“А мы в бибике?”

“Да”.

“Это гонка?”

“Нет, совсем не гонка. Гонки умеют догонять”.

“Тупая бибика!”

“Ты полностью прав”.

“Все хорошо, мы же вместе”.

“Да, мама”.

Поехали. Один из эшек говорил по телефону: “Ну да, Вась, ну, так получилось”. “Вась” - Это опер Василий Трифан, по его приказу избили Олега при аресте год назад, 15 ноября 2010.

Нас привезли в первый отдел полиции на ул. Якубовича, 16. В окно дежурному мусару эшка сказал: “У нас к вам разговор. Мы привезли вам человека, находящегося в федеральном розыске”. Им открыли дверь и они стали вталкивать нас внутрь. Я потребовала от них представиться. Борисов начал перечислять свои длинные звания в отделе “Э”. Я сказала, меня это не интересует, нужны фамилии и инициалы. Он сказал: “Борисов Игорь Юрьевич”. Я указала на второго сотрудника, бегавшего за Олегом, и сказала представить также его. Борисов ответил, что это просто прохожий, без имени и звания. Остальные двое эшек молчали. Меня с Каспером затолкали в отделение, вслед за нами втащили обломки велосипеда. Разложить назад они его не смогли, велосипед был сломан. Рюкзак был открыт и, полупустой, висел на руле велосипеда.

В отдел подъехали мусара из ОРЧ. Начались переговоры эшек и местных мусаров в комнате дежурки. Потом оттуда вышел пьяный мусар из ОРЧ (Степаненко Николай Сергеевич из оперативно-розыскной части №5), подошел ко мне и сказал, что сейчас я поеду с ним в 28-ой отдел.

Опер Степаненко Н.С. из ОРЧ №5

От него сильно несло спиртом. Степаненко принялся рассуждать, что вот он же со мной по-хорошему. Я спросила, почему он при исполнении пьян. Он махнул рукой, отвернулся и засунул в рот конфетку.

Опер Степаненко Н.С. из ОРЧ №5

Все мусара в первом отделе представляться отказались. На просьбу вызвать моего адвоката не реагировали. Через час на очередную просьбу сказали: “Вызовем-вызовем”. В итоге Дима Динзе ко мне так и не приехал.

В отдел подъехали еще опера. В том числе Трифан. Все криво ухмылялись. Я поняла, ухмылочки у них от безысходности. Ведь они опять не поймали Олега. Трифан прятал взгляд, но вел себя так же грубо, как и при задержании в ноябре в Москве. Отзваниваться начальнику эшки постоянно выходили на улицу или в коридор.

Опер Степаненко Н.С. из ОРЧ №5

Появился мусор из  28-го отдела полиции Бисаев А.З. (со слов). Подошел, назвался “дежурным” и сказал ехать с ним.

Опер Степаненко Н.С. из ОРЧ №5 и дежурный мусор ОП №28 Бисаев А.З.

Каспер к тому времени уже заснул на столе, с блокнотом в руках, после очередной нарисованной горящей ментовозки. Вновь подошел пьяный Степаненко, нарочно разбудил Каспера и сунул ему конфетку из семечек “баба марья”. Каспер на эту конфету сразу сказал “говно” и выкинул под лавку.

Каспер Ненаглядный спит в 1м отделе полиции на ул. Якубовича 16

Степаненко постоянно повторял, что не он меня задерживал, поэтому мне надо лишь подписать все, что он мне подсовывает. Когда стало ясно, что он из оперативно-розыскной части, я спросила, почему же он сам не задержал. “Откуда у вас информация, что я буду в это время в этом месте?” - “Сообщили”. “Кто?” Степаненко не ответил.

Приезд врачей скорой помощи, которых мусора вызвали, чтобы сдать им Каспера

В 2:30 в отдел вошли трое врачей скорой помощи - мужчина и две женщины. Они приехали “оформлять ребенка”. Степаненко сказал им: “Ребенка увозите. А Сокол поедет в 28-ой”.

Опер из ОРЧ №5 и дежурный мусор ОП №1 говорят врачам скорой, чтоб “оформляли” ребенка

К тому времени Каспер снова спал. Я сказала, что ребенка не отдам и без адвоката никуда не поеду.

Мусора из центра “Э” и ОРЧ угрожают Козе отнять ребенка

От работников скорой я узнала, что по закону без согласия матери забирать ребенка они не имеют права. Это меня успокоило. Я сообщила врачам данные Каспера, его возраст и сведения о здоровье. Будить его для осмотра врачи не стали. Мусара попросили врача-мужчину пройти в дежурку. Я услышала, как врач в комнате дежурной части сказал мусарам о законе, запрещающем забирать ребенка в стационар без согласия родителей. 20 минут скорая ждала, что решат эшки, запершиеся в дежурке, - забирать или не забирать. Тем временем врач вернулся ко мне, и я написала бумагу о том, что категорически отказываюсь сдавать своего ребенка в стационар. Внимание, всегда так пишите, матери: КАТЕГОРИЧЕСКИ ОТКАЗЫВАЮСЬ СДАВАТЬ РЕБЕНКА.

Врачи записывают данные Каспера

Скорая уехала. Когда эшки это поняли, то высыпали из дежурки и стали орать на местных мусаров. Борисов орал: “Зачем вы скорую отпустили без ребенка? Не надо было их отпускать, пока не увезут. Теперь быстро вызываем конвой и увозим эту манду нахуй, ребенка оформляем и сдаем врачам”.

Опер из ОРЧ впаривает врачам скорой, что Коза в федеральном розыске, поэтому они обязаны увезти от нее ребенка

Из дежурки после этого стали раздаваться вопли телефонного разговора. Снова Борисов - “эта манда отказывается подписывать явку, что делать, блять?!”

Коза пишет на окне С.Л.О.Н. и Л.О.Р.Д. эшке Борисову И.Ю.

Мусара говорили о конвоировании в 28-ой отдел. Я подумала, что наверное у эшек там все схвачено и это 28-ой пыточный отдел, именно там ночью 31 марта избивали Олега, а Каспер плакал, один, запертый в соседнем кабинете.

Новый звонок в дежурку.

- Нам звонят из пресс-службы Бибиси, что делать?
- А мы служба ГУВД. Посылаем их нахуй! – орет в дежурке мусар.

В половине четвертого утра мусара начали подсовывать мне на подпись обязательство о явке в прокуратуру на завтра. Видимо, устали и не знали, что со мной делать. Я продолжала требовать от них сперва представиться и напоминала, что мне нужен адвокат. Теперь Степаненко набрал Динзе. Динзе посоветовал мне подписать обязательство о явке. Степаненко назначил время допроса – 18 октября в 19:00.

Мусор Бисаев, конвоир из 28-го, вытаскивал из отделения мой велосипед. Выйдя на улицу, я ожидала подвоха, потому что Бисаев потащил велосипед в направлении мусорской газели. Обрадовалась, что на улице показались знакомые лица, - Лена с Костей, с ними адвокат Иосиф Габуния и журналистка “Новой газеты”. В отдел их не пустили. Я забрала велосипед у мусара и мы стали его чинить.

Каспер был очень рад освобождению. Маршировал, пел песни. Бегал самолетом, расставив руки. Врезался в своем шлеме на бегу в забор. Все мы ухахатывались, наблюдая за ним.

24 сентября 2011

Репортаж активиста Великого с открытия эскпозиции Войны на выставке Living as Form в Нью-Йорке.

Друзья-манифестанты с акции Occupy Wall Street поддержали Войну, объявленную русской полицией в международный розыск.

Выставка работает с 24 сент по 16 окт чт–вск, 12–8 PM
по адресу: The historic Essex Street Market, Southeast corner of Essex and Delancey Streets (entrance on Delancey), NYC

http://www.creativetime.org/programs/archive/2011/summit/summit_about.html
http://creativetime.org/programs/archive/2011/livingasform/summit.htm

Репортаж об участии Войны на Саммите Creative Time: http://www.youtube.com/watch?v=x0lpELSc6Y4

Юрий Шевчук и Катрина Фомченкова

25 сентября, Нью-Йорк

Поддержка Войны в Нью-Йорке на Wall st.

Катя Боуи:
Участники акций протеста на Wall st выражают поддержку активистам Войны, объявленным в международный и федеральный розыск.

Keep reading

С 15 по 27 сент 2011 Война участвует в фестивале уличного искусства BLK River в Вене.

Афиша фестиваля уличного искусства BLK River
http://blkriver.at/artists/voina/

Keep reading

Коза, Каспер и Вор в отблесках больших домов

Активисты Войны Великий и Катя Боуи, командированные в Нью-Йорк, передают с места событий

Keep reading

Отчёт активистки Чиж:

28 июня 2011г. в Заднепровском районном суде г. Смоленска состоялось очередное заседание по уголовному делу оппозиционной активистки и политзаключенной Таисии Осиповой. Напомню, что обвинение Осиповой по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 228.1 УК РФ сфальсифицировано ЦПЭ по Смоленской области в связи с политической деятельностью ее мужа Сергея Фомченкова.

Перед началом заседания судья Дворянчиков Е. Н. дал мне письменное разрешение на фотосъемку Таисии в клетке в зале суда.

В ходе слушания судьей Дворянчиковым Евгением Николаевичем было оглашено решение стороны защиты о входе в процесс в качестве второго адвоката Сидоркиной Светланы Ивановны, сотрудника Правозащитной Ассоциации “Агора”. Во время обсуждения технической стороны появления второго адвоката, ее фамилия была многократно названа неверно и чуть не была зафиксирована в таком виде в протоколе и в письменном заявлении Таисии, что могло бы стать причиной дальнейших организационных проблем. Я поправила судью с места, чтобы не допустить этого. Мне было сделано замечание за “традиционное неуважение к суду”.

Keep reading