Адвокаты Анастасия Екимовская и Дмитрий Динзе

Показания Лимонова – это еще одно весомое доказательство, подтверждающее абсурдность и надуманность обвинения в отношении подсудимых. Свидетель защиты, будучи лидером ныне запрещенной НБП, не мог не знать о том, продолжает ли партия после запрета свою деятельность в регионах. На вопрос защитников он четко ответил:

“Мы тщательно отслеживали, чтобы везде соблюдался запрет на осуществление деятельности НБП”.

Пожалуй, впервые в судебном заседании, на протокол, были озвучены истинные мотивы возбуждения уголовного дела.

“Мы постоянно подвергаемся репрессиям”, - заявил суду Лимонов.

В своих показаниях он охарактеризовал идеологию НБП, ее отличия от идеологии “Другой России”. Следствие не посчитало необходимым вдаваться в эти подробности, ограничившись лишь описанием символики и предположением о том, что обвиняемые использовали символику запрещенной партии. Очевидно, что без четкого понимания идеологии той и другой партии невозможно дать правильную оценку действиям подсудимых.

Не вникая в особенности разных политических движений, следователи привлекли в качестве экспертов педагога и психолога, от которых получили вывод о том, что собрания обвиняемых являются собраниями по организации деятельности МОО “НБП”. Сегодня стороной защиты было заявлено мотивированное ходатайство об исключении этого так называемого доказательства. Оснований для исключения более чем достаточно: некомпетентность экспертов; их заинтересованность в исходе дела, проявившаяся в самостоятельном истребовании дополнительных материалов; отсутствие в экспертизе указания на методику исследования; наконец, невозможность объяснения своих выводов иначе, кроме как ссылкой на “контекст”. Суд объявил перерыв для принятия решения по ходатайству.

На очередном судебном заседании по делу питерских другороссов, которое состоялось 5 октября в Выборгском районном суде Санкт-Петербурга, свидетелем защиты выступил писатель, политик, лидер незарегистрированной партии “Другая Россия” Эдуард Лимонов.

Эдуард Лимонов

В ходе допроса со стороны защиты Лимонов говорил кратко, сдержано и почти всегда по делу.

Keep reading

Скиф Браток и Невеста ИРА. Фото Лауры Ильиной

6 декабря 2011 группа Война перечислила из денег британского стрит-арт художника Бэнкси политзаключенному Скифу Братку 30 тысяч рублей на продуктовые передачи в тюрьму.

Активист оппозиционной партии “Другая Россия” Дмитрий Путенихин с 30 октября 2011 года противозаконно содержится в следственном изоляторе. Он был задержан за акцию протеста против судебного произвола. Ему предъявлено ложное обвинение и грозит 2 года тюремного заключения.

Группа Война призывает всех честных журналистов поднять свои голоса в защиту Димы Путенихина. Мы просим сделать перепосты и принять участие в общей акции протеста против судебного преследования нашего друга Скифа Братка.

Невеста ИРА, 6 дек 23:54:

“Только что вернулась с Триумфальной.

Деньги дошли. Большое вам спасибо! 30 000 - это очень много, надеюсь, Димка столько не просидит. Обязуюсь, если его выпустят раньше, передать эти деньги другим нуждающимся политзекам.

Еще раз спасибо!

Мы тоже тут за вас переживаем. Берегите себя!

Ира”

Keep reading

По сообщению Макса Громова, в данный момент происходит обыск в квартире нацболов на Маяковской, связи с проживающими уже нет.

Видимо обыск связан с открывшейся сегодня выставкой в честь дня рождения газеты “Лимонка”. Выставка открылась на “Красном треугольнике”. На выставке были представлены фотографии активистов партии, также читались стихи на политические темы. Директор заведения был обеспокоен политическим содержанием выставки.

Фото с открытия выставки 28 ноября 2011, “Красный треугольник”

Keep reading

Скиф Браток и Лимонадзе, фото Василия Шапошникова

На привлечении к ответственности Путенихина, и на его осуждении, настаивает Генеральная прокуратура. Генеральная прокуратура восприняла обливание водой А. Смирнова (подполковник, две звезды) как оскорбление всему прокурорскому корпусу. Еще, прокурор А.Смирнов,оказывается высказал предположение, что это Э.Лимонов “приказал” Путенихину облить прокурора. Ну, прокуроры на Руси всегда вызывали у народа чувства, средние между брезгливым отвращением и мрачным ужасом. О прокурорах сложены песни и ни в одной песне прокурор не выглядит хорошим человеком. Русские люди считают что избрать себе профессией,- губить людей, хороший человек не может. Видимо и Дима Путенихин был такого же мнения.

Полностью: http://limonov-eduard.livejournal.com/168346.html

Эдуард Лимонов:

“Жаль, у нас еще не судят прокуроров за заведомо обвинительный уклон в ходе процессов, а то бы Смирнов не вылезал бы из-за решетки. В 2005 году он был обвинителем нацболов по делу о Приемной Администрации Президента, и тогда с его помощью все 39 человек отсидели от года до четырех с половиной лет. Я уверен, что наказание за принятие прокурорами обвинительной позиции против заведомо невиновных, все равно последует, и оно неминуемо, лишь вопрос времени…

Keep reading

 
Фото с заседания 28 октября 2011 в Тверском суде

У зала №14 Тверского суда образовалась душегубка. Я попал в месиво из журналистов, нацболов, и нескольких родственников подсудимых около 11:30, а в зал нас запустили во втором часу.
Подсудимым не сняли наручники. Руслан Хубаев прервал судью Ковалевскую и потребовал, чтобы наручники сняли. Судья игнорировала Хубаева. Так они все пятеро и слушали приговор с “браслетами” на руках.

Keep reading

Прокурор разгадывал кроссворды.
Потом встал и стал читать свою кипу бумаг. И сразу превратился в палача.
Игорю Березюку он потребовал дать ВОСЕМЬ ЛЕТ лишения свободы за то, что тот был до полусмерти избит дикими омоновцами на Манежной. То, что единственный гражданский свидетель обвинения несовершеннолетний И. Кубряков в судебном заседании отказался от показаний против Березюка, сообщив что он таких показаний вообще не давал, но подписал их под давлением следователей, прокурор полностью игнорировал и предложил игнорировать суду.

Keep reading

Фото с заседания суда по Манежному делу

18 октября 14:00 в Тверском суде г. Москвы состоялось очередное заседание по уголовному делу об организации массовых беспорядков на Манежной площади в Москве в декабре 2010 г.

Keep reading

Эдуард Лимонов на Стратегии-31 в Москве, фото Дженни Курпен

13 октября в 11.00 в Тверском суде г. Москвы состоялось очередное заседание по уголовному делу об организации массовых беспорядков на Манежной площади в декабре 2010 г. На скамье подсудимых пятеро: гражданин Белоруссии Игорь Березюк обвиняемый по 5 статьям УК РФ (ч.3 ст 212, ч.2 ст. 213, ч. 2 ст. 318, ч. 1 ст. 282, ч. 4 ст. 150), Кирилл Унчук, обвиняемый по 3 статьям (ч. 3 ст. 212, ч. 2 ст. 213, ч. 1 ст. 318), Руслан Хубаев, лидер мурманского отделения незарегистрированной партии “Другая Россия”, также обвиняемый по ч. 3 ст. 212, ч. 2 ст. 213, ч. 1 ст. 318 УК РФ. Кроме активистов “Другой России” обвиняемыми по делу являются двое граждан, не имеющих партийной принадлежности - Александр Козевин и Леонид Панин.

Keep reading

Лимонадзе на Стратегии-31 в Москве, фото Дженни Курпен

Леня Ёбнутый: “Свободу Таисии Осиповой!”. Рассказ активиста Войны Лени Ёбнутого, побывавшего в Смоленске на суде над оппозиционным активистом Таисией Осиповой.

В Смоленск съездил просто супер! Если не считать грустный повод и то, что из-за сложностей с выездом (автобус в последний момент сломался, эшники шины, что, прокололи?) я поехал один, без документаторов, и не как планировал, а аж через Белоруссию.
Я спешил к началу — в 9:30, приехал в город за полчаса до начала заседания. На месте выяснилось что суд на час позже, в 10:30. Тут же связался с Леной, журналисткой Газеты.ру, перед судом мы пообщались в кафе. Как и во всех заведениях Смоленска — там нет вайфая и розеток. Поэтому связи не было.

Keep reading

Своих сокамерников, баландеров и других зеков Лебедевки Воротников описывает как давних приятелей, часто единомышленников. Сексист дед Серега-Антимент называет новости рекламой, бредит Антарктидой и собирает дома фотографии с пингвинами. Тюремный акционист Рома-Бандит изучает Лимонова, читает стихи и устраивает на зоне художественные провокации. Серега-Одессит мечтает стать депутатом Госдумы, что, в общем, его не портит. Слава-Активист, планирующий на воле примкнуть к арт-группе Война, Андрюха-Ранимый боевик и даже Слава-Клоп, подозреваемый в сотрудничестве с операми, — все они для Воротникова свои. “Все хорошие люди, пишу без иронии”, — отмечает “военнопленный”.

Из тюремных записок Вора:

“У деда Сереги снова выпытывали оперативную информацию. Завели деда к решке, поставили под окно. С двух сторон обступили. Бля буду, как в детско-юношеской литературе, как у Гайдара! Зажали деда между шконками и спрашивают: Какая обстановка в камере? — Никакой — О чем говорите? — О бабах, о погоде. Поставь, говорит дед, микрофончик и слушай. Я тебе не телефон”. Дед нашел на радио какую-то диджейскую волну. Там начинался трансовый сет. Послушав минут десять однообразной электроники для разбега, он воскликнул возмущенно: И все что ли?! Когда наконец в сете появились вкрапления женского вокала, дед комментировал в сердцах: Просралась!

Допрос матери Олега состоялся 2 декабря.

В день приезда дознаватель свидание не разрешил, мотивировав отказ отсутствием начальника. Допрос длился полтора часа. Отец в это время мерз на улице, у него окоченели ноги. Его не пустили из-за того, что у него были сумки. Допрос проходил без адвоката и под давлением. При подписании показаний я была неуверена в точности записанных дознавателем показаний, тогда дознаватель Бородавкин стал шантажировать: “А вы знаете, что если вы не подпишете я не разрешу свидание?”.

Если бы я отказалась отвечать, “согласно статье конституции” мне бы не разрешили свидание с сыном — это прямо так и сказал мне дознаватель Бородавкин

Некоторые вопросы были некорректные:
Следователь: “Как вы предполагаете, мог ваш сын быть активистом группы Война?”
Мать Олега: “Строить версии и делать предположения "был или не был” — не моя задача.“
Следователь записал: "Мнение двоякое”

Свидание

Свидание проходило через стекло решетки посредством телефона, разговор прослушивался.
Настроение у Олега сносное, на встрече он смеялся. Просил привезти на свидания Каспера, жалеет, что не видит, как меняется его сын, скучает по жене. Свидания с детьми возможны только при наличии паспорта (с 14 лет).
Олег выглядит хорошо, деятельный, энергичный, почти весь час говорил только он, сказал, что его мать теперь как Ахматова, вспоминал Лимонова. Говорил, что пока ему всё интересно, новые впечатления. На условия не жалуется, надзиратели не бьют, но ведут себя хамски. Быт его не напрягает, также как и тюремная еда. С передачами, конечно, всего хватает. Синяки от наручников еще остались. Его хотели остричь, но он не согласился. Олегу не хватает книг, потому что в местной библиотеке “литература для детей и подростков”. Теперь у него есть тетрадь и ручка. Ещё про передачи: Олег просит простой воды побольше, но не в пяти-, а в 1,5-литровых бутылках.